Игра в отрезанный палец

А раньше все было бесплатным…

Пиво показалось Нику слабым, а сарделька понравилась. Она оказалась щедрого размера.

Тишину нарушил длинный звонок. Старик встрепенулся. Вышел за стеклянные двери ресторана в фойе. В мягком свете фойе Ник увидел, как старик открывал кому-то дверь в гостиницу. Потом вернулся в ресторан.

Следом за стариком в ресторан заглянул негр в строгом темном костюме с галстуком, обвел зал озадаченным взглядом и ушел.

«Значит, гостиница на ночь закрывается», – понял Ник и улыбнулся, подумав о том, что Сергей не сможет сейчас пройти наверх в номер незамеченным.

Через полчаса, когда бодрость, потраченная на поздний ужин с пивом, начала уступать место усталости, гостиничный старик подошел к Нику и объяснил, что должен закрыть ресторан.

– Нет-нет, пиво еще можно взять и пить в фойе, – добавил он, опасаясь неудовольствия гостя. – Это ресторан надо закрыть в одиннадцать, иначе местные власти оштрафуют. У нас дешевая лицензия…

24

На летней веранде большого дачного дома был накрыт щедрый стол.

Над столом висела лампа с соломенным абажуром, разливавшая вокруг нежный желтый свет. Свет лампы порождал блик на гладком металлическом теле черной «Волги», стоявшей перед высоким порогом. За «Волгой» затормозила еще одна машина, только что въехавшая на территорию этого подмосковного «заповедника». Виктор так и не разобрался, что это за машина. Усталость и темнота не позволяли определить марку.

Теперь они сидели за круглым столом. Их было трое – Виктор, Рефат и толстенький водитель второй машины, представившийся «просто Юрой».

Светловолосого звали Рефат Сибиров. Когда Виктор спросил об отчестве, он улыбнулся и сказал: «Зовите меня просто Рефат. Мое отчество вам язык поломает!»

Юра был с виду действительно простоват, все время улыбался своей усатой улыбкой, рассматривая блюда. Потом он взял на себя обязанности тамады.

– Вина или водочки? – спросил Виктора.

– Вина, – негромко ответил Виктор, и тут же заурчала красная струйка, лившаяся в бокал.

– Сок, да? – Юра посмотрел заискивающе на Рефата.

Рефат кивнул. Заметив удивленный взгляд Виктора, он посмотрел на него спокойно и сказал:

– Я вообще не пью. К сожалению.

«Просто Юра» уже накладывал Виктору в тарелку салат из помидоров, колбасу, балык.

– Горячее чуть позже будет. Мы же, я думаю, будем ужинать до рассвета, – сказал он, снова усато улыбаясь и косясь на Рефата. – Послушаем первых соловьев, а потом отдохнем…

– Кушайте, – произнес Рефат.