Добрый ангел смерти

– Слава Гершович… Царство ему небесное…

– Он что, умер?

– Убили… Током убили. – Старик скорбно склонил голову. – Хороший был парень! Светлая голова. Еще до этих Кашпировских и экстрасенсов он все про эти штуки знал… Поэтому его и убили…

Туман опять закружился вокруг моей головы.

– Причем здесь «Кобзарь» к экстрасенсам? – спросил я, находясь уже в полном недоумении.

– Ну здрасьте! – Старик посмотрел на меня, как на идиота. – А что такое, по-вашему, высокая литература? Просто буковки да метафоры? Это же и есть средство передачи духовного тока, как бы проводник! Захотели зарядиться мрачной глубокой энергией – открыли книжку Достоевского.

Захотели очиститься и побыть в просветленном состоянии – берете в руки прозу Тургенева… Это идиоты типа Кашпировского превратили все в лечение геморроя по телевизору! Но, поверьте, праздник святого Йоргена уже заканчивается, и опять останется литература как единственный проводник любого вида биоэнергии.

– Ну а какую энергию передает «Кобзарь»? – спросил я.

– Об этом лучше было спросить Гершовича… Но там, я вам скажу, дело посерьезнее, с этим «Кобзарем» и с самим Шевченко… Там такое дело… Ну, из-за этого его и убили…

– Из-за чего?

Старик допил вино. Снова погладил себя по колючему и дряблому подбородку.

– Из-за того, что Гершович вычислил, где спрятано что-то очень ценное для украинского народа… Вы это так не поймете! И не думайте, что я из ума выжил! Был бы сейчас жив Гершович – он бы вам в пять минут все объяснил!

– Ну а рукописи какие-нибудь этого Гершовича остались? – с надеждой спросил я.

– Рукописи? Была одна рукопись и письмо в ней… – Старик закивал в такт собственным словам. – Мы с Львовичем рукопись ему в гроб под голову положили…

– И не читали?

– Нет. Он так попросил. Он нам многое рассказывал, все, о чем думал, рассказывал. И письмо это мы видели. В письме и говорилось об этом, о зарытом… Самого Шевченко письмо, с Мангышлака… Может, из-за письма его убили?! Ведь в ту ночь, а это был шестьдесят седьмой год, когда его убили, кто-то и в квартиру его залазил.

Хрустальную вазу украли, перевернули все вверх дном… А папку не нашли! Он ее у Гриши, мужа своей сестры, прятал. Это уже потом мы ее у Гриши взяли и ему в гроб под голову положили.

– У Григория Марковича?

– Ну да! – Глаза у старика Клима вдруг загорелись. – Так вы Григория Марковича родственник?

– Да ничей я не родственник! Мне просто интересно.