Судьба попугая

Осмотревшись, Добрынин уселся на кровать, опустив вещмешок на деревянный, крашенный в коричневый цвет, пол.

Дмитрий поставил ящик на стол и тоже присел, но только на стул, рядом.

Вид у него был усталый и нерадостный.

– Ты чего такой? – спросил у него Добрынин.

– Голова болит, – простонал урку-емец.

В комнату заглянул солдат-танкист, отдал честь и, сообщив, что уезжает обратно в городок, ушел.

За окошком загудел двигатель бронированной машины.

Деревянный пол шевельнулся под сидевшими.

– Петров – не русский человек, – проговорил вдруг Дмитрий, исподлобья устало глянув на своего начальника.

– Я документ читал, – сказал на это Добрынин. – Там написано, что русский… Да и какая разница?

Ваплахов не ответил. Был он необычайно бледен.

Зашел с чайником в руках радист Петров. Поставил чайник на стол, достал из-под кровати три кружки.

– Порядок, – сказал он. – Привет от Иващукина.

– Спасибо, – проговорил Добрынин.

– А что, товарищу плохо? – Петров кивнул в сторону Ваплахова.

Добрынин пересел с кровати за стол, отодвинул от себя ящик с бутылками.

– А мы его на пол, чтоб пространство было! – весело проговорил Петров, перемещая ящик вниз. – Или сначала, до чая?.. А?

Со стороны Ваплахова никакого сопротивления этому предложению не поступило. Добрынин тоже промолчал, и тогда Петров, достав из ящика полную бутылку, разлил ее всю по кружкам.

– Ну, с приездом! – рявкнул он, резко по-русски выдохнул воздух и серьезно приложился к своей кружке.

«Русский!» – подумал народный контролер, внимательно следя за радистом.

Потом сам повторил тот же прием, но не пошел спирт одним глотком, поперхнулся Добрынин, и хорошо, что радист с силой его по спине двинул – сразу отпустило.

– Чайку, чайку быстрее! – приговаривал Петров, подливая чая.

Ваплахов пил спирт медленно, каждый раз словно пригубливая, но когда он опустил кружку на стол – она оказалась пустой.

Петров озадаченно посмотрел на урку-емца, и что-то недоброе шевельнулось во взгляде его узких, словно навечно прищуренных глаз.

Очухавшись, народный контролер перешел на чай и разговоры.

Прежде всего спросил о заготовке пушнины.

– Документы на складе, – ответил на это Петров. – Пушнина там же, а охотники со своим начальством уехали дней десять назад и раньше чем через неделю не будут.