Завоеватель

Нет, мама, этого я допустить не могу.

– Я велю кому-нибудь из слуг отнести письмо на станцию.

– Кто из них выдержит встречу с разъяренным ханом? Слугу можно купить, а можно сломать, чтобы заговорил. – Хубилай сделал паузу, глядя вдаль. – Вариант один – кто-нибудь не из ямских гонцов воспользуется ямскими лошадьми. Иначе Бату вовремя не предупредить, если ты и впрямь этого хочешь.

– Хубилай, ханом должен был стать он.

Сын схватил ее за руки, едва не причинив боль.

– Мама, не говори так. Даже мне.

Во дворце теперь небезопасно.

– Вот именно, Хубилай. Шпионы повсюду. Еще год назад я могла не следить за каждым своим словом, не боялась, что какой-нибудь надушенный придворный донесет своему господину. Новый хан отослал прочь Дорегене. Я здесь тоже не задержусь. Сынок, позволь мне расстроить его планы. Помоги!

– Я отвезу послание, – вызвался Хубилай. – Чтобы не осталось ни записок, ни других следов.

Он думал, что мать возразит, но та поняла, что иначе не получится, и, отстранившись от него, кивнула.

Глаза у нее блестели от гордости за сына, голос зазвучал с обычной силой:

– Отлично, Хубилай. Отправляйся на равнину и посмотри на всадников. Вечером расскажешь, что видел. Хочу знать все.

Соглядатай не услышал бы ничего подозрительного, хотя оба понимали, что Хубилай не вернется.

– Мунке будет рядом с ханом, – проговорил Хубилай. – Как же я ему завидую.

– Он же орлок хана, его самый верный сподвижник, – отозвалась Сорхатани.

Предупреждать его не имело смысла.

Мунке никогда не узнает, что они решили спасти Бату. Старшему брату Хубилая такие секреты доверять не стоило.

Глава 6

Гуюк знал, как эффектно смотрится на белом скакуне из унаследованного им ханского табуна. Вопреки еженощным пирушкам с обильными возлияниями и яствами, молодость помогала ему сохранять стройную фигуру. Большого обоза, необходимого для долгой кампании, он с собой не вез, чтобы раньше времени не развеять миф об учениях в горах. Тем не менее коней хан взял в два раза больше, чем воинов, что позволило захватить достаточно снеди и утвари для приятной и необременительной вылазки.

Легко было представить, как эти земли объезжал дед: дозорные впереди, войско позади. Гуюк вспоминал Большой поход на запад, себя бок о бок с Субудаем… Воссоединение с войском вызывало смутную тоску о прошлом. Да, выступил он не на заре, как было принято, а ближе к полудню – стук в висках и тяжесть в животе Гуюк унял далеко не сразу.