Кувшинки в снегу

«Прохор, – от голоса Михаила веяло холодом, – людям нужен привал! Сколько нам добираться до подходящего места поблизости от воды?»

Прохор цепким взглядом окинул местность и указал вправо: «А вон, видите, Михаил Ермолаевич, та поляна у соснового бора? Там в бору, недалеко, озерцо есть, вода вкуснейшая! Там и остановимся, людям нужно привести себя в порядок, нам ведь до конца пути несколько часов осталось». Князь пришпорил коня, и весь обоз вслед за ним стал втягиваться на поляну. Михаил первым спрыгнул с коня.

Прислушавшись и уловив едва слышный звук журчащей воды, Михаил взял пустые бурдюки и шагнул в лес. Ноги пружинили на мягком ковре прелой жёлтой хвои, иногда хрустели под ногами талой, ледяной корочкой островки снега. Свежий, напоенный весенними ароматами лесной воздух пьянил. Князь подумал, что ему до недавнего времени так редко выпадала возможность побыть в лесу, побродить, поохотиться всласть. Лес давал ему успокоение, притуплял боль его души. Он вдохнул полной грудью смолистый воздух и, завидев блики, играющие на озёрной глади, заспешил к воде. И вдруг замер, зачарованный открывшейся картиной. Над озером, в лучах солнечного света, стояла девушка. Бело-золотые волосы, выбившиеся из косы, окутывали её лицо солнечным ореолом, прекрасные бирюзовые глаза, опушённые длинными тёмными ресницами, казались лесными озёрами, вся её стройная, как у берёзки, фигурка в сером заячьем тулупчике и длинной светлой полотняной рубахе словно излучала свет. Она казалась бы совершенно неземным созданием, если бы не чувственный изгиб её губ и не крепкий лук за плечами, которые говорили, что она всё-таки существо этого мира. Михаил затаил дыхание, боясь спугнуть прекрасное видение. Вдруг тихое рычание заставило девушку повернуться в его сторону. Прямо на князя, злобно оскалив клыки, двигался волк. Михаил невольно попятился, напряжённо наблюдая за угрожающе ощетинившимся серым зверем и нащупывая на поясе нож, но, услышав звонкий девичий голос: «Локи! Не трогай!» – волк остановился, повернулся и потрусил назад. Михаил вновь поднял глаза на девушку, и их взгляды встретились. В этот момент Михаилу показалось, что мир озарила яркая, ослепительная вспышка. Мир исчез, остались только её прекрасные глаза. В её проницательном взгляде светились любопытство, сочувствие и такая доброта, что чёрная, ледяная глыба в его душе дрогнула.