Привидения живут на литорали. Книга вторая

А вот промысловые рыбы даже на таком уединённом островке всё-таки каким-то образом знают о своей гастрономической ценности и, хотя безбоязненно и так же с любопытством рассматривают нас, но держатся все же настороже.

Особый интерес ко мне испытывают тёмные, почти чёрные каранксы лугубрисы, стая которых штук в пятнадцать сопровождает меня. А так как я плыву слишком медленно по сравнению с ними, они с услужливостью гостеприимных хозяев устремляются вперёд, затем, на некотором расстоянии оплывая вокруг, возвращаются, останавливаются на дистанции вытянутой руки, словно хотят и не могут сказать, – быстрей, парень, быстрей, там впереди самое интересное! Это они-то и вывели меня к топляку.

Не знаю почему, но наибольшее внимание каранксов вызывают мои ботинки. Что им нравится: цвет, форма, запах? Каранксы, вероятно, близоруки; поочерёдно подплывают к ботинкам и, как бы я ни болтал ногами, они, повторяя все мои движения, держатся почти рядом со ступнями. Я заметил это, когда случайно оглянулся посмотреть на проплывающую подо мной солидную, почти двухметровую барракуду, удалившуюся в густую синь.

Барракуда едва удостоила меня взглядом, у неё были свои важные и спешные дела. Но это только так кажется, что она не обратила внимания, не сомневаюсь, ни одно моё движение не осталось ею незамеченным.

Я несколько раз встречался с подобными экземплярами на подводной охоте и знаю, стоит шевельнуться чуть энергичней и барракуда, точно выпущенная из лука стрела, исчезнет, растворившись в глубине…

Своим поведением каранксы напомнили мне местных мальчишек; и те, и другие, стоит поднять фотоаппарат, тут же, оттесняя друг друга, выстраиваются плотной шеренгой перед объективом, мешая фотографировать намеченный объект.

Правда, каранксы уж тем хороши, что не просят бакшиша. Хотя от мяса тридакны они не отказались, но это опасное занятие – прикармливать рыб в незнакомом месте. Можно такого подводного бармалея привадить, и сам не рад будешь. Имею в виду акул.

Каранксы относятся к прибрежным придонно-пелагическим видам, в открытом море их нет.

Похоже, они страдают и клаустрофобией, ибо не следуют за мной, когда я ныряю в подводные гроты. Но в здешних мелковатых гротах кроме рыб-зебр или крылаток, чудеснейших созданий из семейства скорпеновых, похожих на ожившие цветы орхидей, да соперничающих с ними в окраске и манере поведения пещерных креветок, ничего интересного нет.

Обычно крылатки почти невесомо парят в выбранной ими для обитания полости между выступами камней.