Кубанский шлях. Исторический роман

Поднялись на небольшое возвышение, и перед их взором предстало четырёхугольное укрепление[16 - Реду?т (фр. redoute – убежище) – укрепление сомкнутого вида, как правило (но не обязательно) земляное, с валом и рвом, предназначенное для круговой обороны. Строился чаще всего в форме четырёхугольника, хотя существовали и пяти-шестиугольные редуты. Обычно имел в длину 50—200 шагов, в зависимости от численности гарнизона, насчитывавшего 200—800 человек. Редут состоял из наружного рва, вала с земляной ступенью для размещения стрелков и орудий, а также внутреннего рва для укрытия обороняющихся.

Проход в редут, шириной около 6 шагов, устраивался с горжевого фаса (тыльной стороны), причём за ним устраивалась насыпь (траверс (нид.) русск.) для обстрела неприятеля, если он попытается воспользоваться проходом.], состоящее изо рва и двух валов, внутреннего и внешнего, густо поросших бурьяном – видно, уж с десяток лет укрепление пустовало – кое-где на валах торчали кривые деревца и кусты боярышника.

Обойдя редут справа, Степан и Фрол, наконец, увидели синюю гладь спокойной степной реки в золотистом обрамлении пышного осеннего рогоза и редких низкорослых деревьев.

– Гляди, ракита? У нас тоже она растёт, только кустами. А тут деревца! – воскликнул Фрол, – отдохнём?

– А что ж не отдохнуть! Сядем под ракиту, в тень. А то идём, идём, сами не знаем куда. Бабушка сказку одну баяла. Царь как-то приказывает Ивану-дураку: «Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что….».

– Я тоже слышал эту сказку, когда дитём был.

Про нас с тобой, – засмеялся Фрол.

– А вот река какая….

– Да, не Дон.

– Об этой реке, видно, говорил Павел: невелика собой, и течение медленное. Название какое-то смешное. Ея или ЕЯ. Чья? Ханская, наверное?

– Вод, земель, лесов ничьих не бывает. Всё, конечно, Богово, а ещё царское, барское, ханское, – вздохнул Фрол.

– А как же воля? Мы ищем, а её нетути. И когда будет, неведомо.

– Земли, воды, простора много – нескоро хозяева доберутся сюда. Показакуем ещё. Нам бы только осесть где-нибудь.

А то, как степняки, кочуем, только те на лошадях, а мы пешком. Слушай, Стёпа, есть хочется, – вздохнул Фрол, – что там у нас осталось?

Степан заглянул в мешок.

– Хлеба немного. Три луковицы. Щепотка соли, – порылся в карманах, – тёрна горсти две.

– Да…. Мясца бы…. А переправляться через эту Ею как будем? Ты плавать-то умеешь?

– Сороть переплывал. Она чуть шире этой речки. А ты?

– А где я рос, таких рек не было. Плавать не умею.