Кангюй. Бактрия

Дубинку подносят судье. Судья осматривает, выявляет клеймо «Стасипп», передаёт на рассмотрение магистратам. Дубинка перемещается по рядам буле. На этот раз богач молчит с угрюмым видом. Ойкет продолжает:

– Поджидали жертву у порога дома. Достали дубинки, напали первыми. Промешкали в начале драки, господин оказался нас ловчей. Порезал свирепо нас ножом. Друга убил. Меня ранил многократно. Кровь лилась из меня. Ну поделом же нам досталось! Я сожалею о проступке. Молю вас о снисхождении. Мне стоило бы раньше у вас искать спасения, тогда б мои чресла были бы целы.

Мой хозяин меня искалечил. Это Стасипп во всём виноват. Его судите строго, не меня.

– Показания ойкетов заслушаны. – Судья поднимает жезл власти. – Жезлоносцы, уведите их на рабский рынок, выставите на продажу. Цену пусть назначит покупатель. Деньги от продажи ойкетов передать Стасиппу в день продажи.

– Я протестую! – Богач поднимает в ответ правую руку. – Они моя собственность, вы не имеете права отчуждать от меня ойкетов.

– Протест отклонён.

Ойкеты переходят под защиту полиса. Продолжаем рассмотрение дела. – Судья усаживается в кресло.

Рабов поднимают с колен, и они со стонами покидают зал заседаний. Стасипп повержен. Удручённость сквозит в прежде надменном лице.

– Заслушаем пострадавшую сторону. Проксен Сирии, вы ожидали в тот приснопамятный день нападения у стен своего дома?

– Нет, досточтимый судья, я никак не ожидал встретить поутру трёх враждебно настроенных ойкетов, да ещё с вертлявыми дубинами. – Аргей поворачивается к Стасиппу лицом.

Богач не решается встретиться с юношей взглядом.

– Ойкеты донесли, что у вас был при себе клинок, которым вы отразили их нападение. Как это можно объяснить? – Судья-дознаватель встаёт с кресла и подходит к Аргею.

Юноша тянет какую-то верёвку на груди, достаёт из складок одежд нож из бронзы в ножнах, протягивает магистрату со словами:

– Это подарок ритора, философа-стоика, наставника и моего лучшего товарища в эфебии Селевкии-на-Тигре, Апполодора. Известный мудростью софист подарил мне свой детский амулет.

Говорил он мне на прощание, что амулет не безделица, но поможет мне, как помогал ему не раз.

Судья-дознаватель удаляется с вещественным доказательством к судье, ведущему дело. Судья встаёт и демонстрирует магистратам, высоко держа над головой, два предмета: вертлявую дубинку и бронзовый нож.

– Прошу магистратов принять во внимание, дубинок было в день нападения три. Три дубинки против короткого старинного кинжала.