Поместье Даунтон. Начало

Но не в нарядах дело, Лондон смирился бы с канареечным вкусом миссис Левинсон, не будь у нее еще и сильного американского акцента, привычки почти по-немецки строить фразы и говорить свысока. Мать и дочь до Лондонского Сезона немало времени провели в Европе, возможно, потому французский мисс Коры был безупречен.

А вот истинно английское произношение хромало. Все та же беда – менее внятный и резкий американский вариант языка слышался в каждой фразе, каждом звуке. Они словно говорят с набитым ртом – так выражалась об этом акценте бабушка Роберта.

И была права.

Это легко исправимо, поживи они несколько месяцев в Лондоне, несомненно, акцент пропал бы. Но они и в Лондоне поселились у своей родственницы-американки. Мистер Левинсон был достаточно богат, чтобы приобрести для жены и любимой дочери особняк в лондонском районе богачей Мейфэре, как он сделал это в Париже, но миссис Левинсон не была убеждена, что ей нравится Лондон, а потому решили подождать. Вот если, будучи представленной ко двору, Кора будет иметь оглушительный успех…

Кора оглушительного успеха не имела потому, что к нему не стремилась.

А холодностью Роберта Кроули оказалась задета и, как это часто происходит в жизни, именно такая холодность пробудила некие чувства у самой Коры. Сначала досаду, но сколько же влюбленностей начинаются именно с досады или обиды!

На следующий день в девять мисс Левинсон уже совершала прогулку верхом по Гнилому Ряду Гайд-парка, где по утрам гарцевали умеющие делать это красиво молодые люди и девушки.

Это вполне обычно для Сезона, когда каждый день расписан буквально по минутам. Прекрасно державшаяся в седле всадница и ее великолепная лошадь (мистер Левинсон знал толк в лошадях и верховой езде, и в Европе для Коры тоже держали лошадей для верховой езды и охоты помимо обычной выездки) привлекали внимание молодых людей. Те, кто уже был представлен Коре, раскланивались, кто еще не был, находили возможность быть представленными…

Казалось, все шло прекрасно, но девушку словно съедало изнутри какое-то беспокойство.

Она невольно искала глазами своего вчерашнего обидчика, но не находила. Не случись той обмолвки Роберта на балу или получись у него загладить неловкость сразу, Кора, возможно, потеряла бы к молодому Кроули интерес, но неопределенность ситуации таковой заметно подогревала.

Кора направилась домой завтракать, ей следовало поторопиться, поскольку к завтраку у миссис Левинсон опаздывать недопустимо, на каком бы континенте ты ни находился.