Золотой Трон

– Вот, – Евдокея протянула Параскеве птицу, – мой вчера на охоту ходил, бери.

– Спасибо тебе, Евдокея, – приняла подарок Параскева, – не забываете вы меня. Только неловко мне как-то. У вас с Поликарпом Михей почти такой же, как и мой Харитоша, его, чай, тоже кормить нужно.

– Да не думай ты, бери, – рассмеялась Евдокея. – Поликарп сам меня послал к тебе. Много он вчера подстрелил. Куда нам?

Параскева была благодарна подруге. Благодарна не только за то, что та делилась с ней куском хлеба.

По старой дружбе они с Поликарпом помогали Параскеве всем, чем могли.

Сделав еще несколько ходок за водой, Параскева принялась щипать гуся. После утренней трапезы бабка Аглая отправилась дремать на печку. Харитон же крутился возле матери. Каким-то невеселым показался он сегодня Параскеве. Поиграл немного с мягким гусиным пухом, да и уснул здесь же, на полу, прямо у ног Параскевы.

Все дела переделала Параскева. Стало уже темнеть, а сын все спит. Запалила лучину. Дотронулась ладонью до лба мальца, а тот пылает, словно раскаленная сковородка.

Параскева только руками всплеснула. Бросилась к бабке Аглае за советом, а та знай одно бормочет: «Все в Божьей власти». Так и проплакала Параскева до рассвета у постели больного сына.

Утром дела не лучше. Без чувств лежит Харитон: губы синие, в лице – не кровинки. Спустилась с печки бабка Аглая.

– Отходит, – заглянув в люльку, прошамкала старуха и вышла из горницы.

Параскева опрометью бросилась к Евдокее.

Как добежала, что говорила и как оказалась у постели сына – не помнит.

Поликарп вошел в избу Параскевы без стука. Вместе с ним на пороге появился солидный человек. По внешнему виду сразу понятно – не из бедных.

– Лечца [5 - Лечец – лекарь, народный врачеватель в средневековой Руси.] Харитону твоему привел, – с порога бросил Поликарп.

Параскева не противилась. Помогла лечцу раздеться, поднесла воды – руки помыть. Пока врачеватель осматривал Харитона, стояла чуть поодаль, с замиранием сердца вслушивалась в каждое слово.

– Плохи дела, сударушка, – озабоченно взглянул на Параскеву лекарь, – простудился малец сильно. Если так оставить – до утра не дотянет.

– Вы уж не оставьте, – вступился Поликарп, – а мы в долгу не останемся. Как пожелаете с вами рассчитаться – натурой или деньгами?

– Как угодно, – лечец оказался непривередлив, – и, если не возражаете, я сегодня останусь у вас на ночь.