О чем тоскует могильщик?

Мартовская ночь показалась ему излишне теплой, он расстегнул пальто, да просто ветра не было, и стояла тишина.

«Как хорошо, когда тишина, – думал он. – Зачем им все это? Это же глупость и зверство. И что мне теперь делать? Забыть ведь означает струсить. Хватит лукавить! Ты трус! Признайся себе. Иди, взгляни в зеркало и громко так произнеси, глядя в глаза, что ты трус!»

А дорога все не кончалась. Луна на небе смотрела как-то укоризненно.

«Да, не хочу я лезть в политику! – Новая мысль родилась в голове молодого доктора.

 – Не мое это! Почему каждый обязан?! Может, и мнения у меня никакого нет. Врешь! Есть! Ты против всех этих революций, а значит, не уходи от темы, будь честен. Ты – трус!»

Мучаясь таким горькими думами, он дошел до дома. Не изменяя своей привычке и желая поменять тягостный ход мыслей, Степан уселся под абажуром с чашкой чаю и толстым справочником по хирургии, составленным известным в своих кругах немецким профессором. Погладив обложку, будто она была спасательным кругом, он перевернул страницы на заложенном месте, а закладкой служила прядь русых волос.

Он мечтательно улыбнулся и, бережно взяв ее в руки, поднес к лицу и втянул воображаемый аромат. Не пахла она ничем, но ему казалось, что это легкий цветочный, нежный, чуть слышный аромат. Стащил, сам не понял зачем, когда сестра брила ей голову, в карман украдкой сунул.

Так он сидел, глупо улыбался, зажав в руках локон, ни о чем не думал и не заметил, как уснул прямо на странице с туберкулезным лимфаденитом.

Глава 7

Политика играет судьбами людей

Уютный провинциальный городок Тверь, с множеством древних храмов, богатый реками: Волгой, Тверцей и Тьманкой, заботливой рукой обустроило местное дворянство в первую голову для себя, а во вторую для жителей губернии, не скупилось. Обширные дворянские владения утопали в окружении уютных тенистых садов. Многоэтажными зданиями красовались резиденция губернатора, военная гауптвахта, дворянский дом, дума, городское училище, классическая гимназия, казенные учреждения.

Ближе к окраинам располагались доходные дома для рабочих и служащих. А дальше за городом протянулась вереница разноцветных мещанских домиков, окруженных огородами и садами.

Городской сад выходил на Волжскую набережную – лучшее место для прогулки, широкий водный простор да белые стены Отроча монастыря на противоположном берегу. Летом – буйство зелени и красок да снующие неугомонные пароходики.