Бессмертный Дали

Больше сознание первобытного человека не откликалось уже, а Дали погружался в тягучие и бесконечные сны. Он видел пестрые картинки неизвестных пейзажей природы. Еще мужчина видел бесконечную заснеженную долину, на окраине которой был лес черный и молчаливый. Мечтал о лете и солнце, где не было бесконечных снегов и мамонтов, а также стремительно вымирающих динозавров.

Потом Дали проснулся, оттого что его женщина пробудила от длительного сна. Боль мучила его в теле, и настроение было мрачным. Рана от клыков животного, что повредил его бок была чрезвычайно глубокая и на теле были многочисленные почти смертельные повреждения.

Рана гноилась и нарывалась от выделений организма.

– Покушай, Дали! У меня для тебя есть отличный жаренный кусок мяса. – Женщина склонилась над своим мужем, видя, как он уныло вглядывался в их скромное убежище. Человек устало откусил кусочек убитого животного. Это было восхитительное вкусное мясо, прожаренное в огне желто-оранжевых языков пламени. Потом Далиулус еще откусил кусок мясо, и еще, затем сообщил девушке:

– Мне кажется, я скоро умру.

Это трудно объяснить. Состояние лихости и ослабления тела…

– Нет, ты поправишься, – старался отрицать Алани.

Дали чуть подполз к стенке пещеры, взял в руки камень и начал чертить там рисунок. Он рисовал на стене фигурку свою, затем жены и ребенка из этого нового мира. Еще он нарисовал того огромного зверя, которого недавно убил, что пытался ворваться в их убежище.

– Что это такое? – Изумилась женщина, глядя на столь удивительный и первобытный рисунок.

Дали не был художником. Однако девушка была заинтересована тем, чем занимался ее муж.

– Это я, ты и наш ребенок. А это огромный медведь-зверь, которого я убил…

Алани засмеялась и еще внимательнее стала разглядывать рисунок. Позже Дали опять отключился от реальности, погружаясь вновь в сновидения.

Смерть под звездным небо

Состояние действительно ухудшалось, мужчина не обманывал. Дали терзался в мыслях и снах от боли.

У него началось заражение крови. Хотя изначально казалось, что он пойдет на поправку. Началась гангрена раны, отчего живот почернел. Крови не было, однако гнойные нарывы не исчезали на теле. Судороги скручивали временами мужчину, когда он приходил в себя; тусклое изображение реальности возникало перед его глазами.

– Алани… – шептал он своей девушке.

Женщина занималась своими делами, и когда он позвал ее, она вынырнула из темноты их берлоги.