Бессмертный Дали

– Что? – Из темноты появилось лицо Алани, она склонилась над ним.

– Я умираю. Мне нужно выйти из пещеры, хотелось бы посмотреть на небо.

– Хорошо, – согласилась девушка и потащила его полуживого к выходу.

Дали слышал, как его женщина плакала, таща его к выходу. На земле оставался след от мужчины, – кровянистый и нестираемый. Свет становился все ярче и сильнее. Снаружи был холод и снег. А мужчина лежал в снегу и смотрел вверх какими-то бесцветными блекло-синими глазами в небо. Небеса вдруг расчистились перед ним.

Стало светло и пусто на многие мили от взора человека. Бесконечные синие небеса были в вышине над ним.

– Как же прекрасно небо! Как оно прекрасно! – Восклицал едва слышно Дали, содрогаясь от холода. Его губы пересохли. Он казался уже совсем безнадежным для жены и в своих глазах.

– Да оно прекрасно. Ты меня же не бросишь тут? – Прижималась к нему Алани, согревая мужчину своим теплом.

– Нет, конечно. Нет… – Врал Дали, хотя он знал, что скоро уйдет из этой жизни. Она должна была оборваться уже очень скоро.

– Правда?

– Правда! Я найду тебя в другой жизни. Там мы столкнемся вновь… – Мужчина старался быть сильным, он даже слегка улыбался сейчас.

Алани рыдала навзрыд. Эта первобытная женщина испытывала сильные чувства к своему самцу, что медленно погибал сейчас, глядя голубыми глазами в небо.

– Все хватит плакать. Иди в пещеру. Когда я умру, закопай меня в снегу, чтобы дикие животные не растерзали мое тело.

Дали знал, что скоро его сознание покинет тело этого человека.

Это был последний приказ для женщины. Жена повиновалась, ушла вглубь пещеры.

Дали был один на снегу, таращась в небо. Иногда его реальность обрывалась, проваливалась в другое измерение, о котором он еще ни разу не слышал и которую раньше не видел. Бесконечность, мятущегося бестелесного пространства, приходила к нему в воспоминаниях, но и потом это проходило. Последние ощущения были от этой жизни для него такими: Дали открыл глаза и посмотрел в небо. Оно потемнело. Там сверкали далекие звезды.

Смутные огни других миров мерцали в небосводе.

– Как же оно прекрасно! Вот она вселенная. – Улыбался мужчина, а ночной ветер теребил его рыжеватую бороду и волосы.

Голубые глаза кроманьонца вдруг потускнели. Жизнь, что теплилась в кроманьонце, стала восходить вверх ввысь синеватым обликом. Искры света вспыхивали в ночи, но этого не видели, ни жена Дали, ни кто-то из племени. Сознание Далиулусу оборвалось в этой реальности уже навсегда.