Забытые подвиги в переводе Мемуариста

Именно так тогда наши называли нынешний сияющий град на холме.

Профессор говорил недолго и закончил чеканной фразой – "Революция в России вызвала новые силы для покорения природы". Ни больше, ни меньше. В корень смотрел дядька, невозможны победы такого масштаба в капиталистических условиях. Невозможны и точка. Мир чистогана подвиги не куёт. Нет немедленного барыша от нового научного прорыва или невиданного маршрута.

А Чкалов сказал просто и возвышенно. От души:

"Садясь в самолет, мы, три человека, имели в своих сердцах 170 миллионов сердец, и никакие циклоны и обледенения не могли нас остановить, ибо мы, выполняя волю своего народа, несли дружбу вашему народу.

Примите же от 170-миллионного Советского народа привет и дружбу, которые мы Вам принесли на своих крыльях".

Простые слова, но великие. Великие как подвиг наших парней: Чкалова, Байдукова, Белякова. Как подвиг всего Советского народа, сделавшего тот удивительный перелёт возможным.

Подвиг чекистов Кокорина и не Мамаева

Сегодня фамилия Кокорин прочно связана с хулиганом футболистом.

А вот Советские школьники про слове Кокорин вспоминали не футболиста Мамаева, а политрука Руденко. Два друга сражались плечом к плечу, в одном бою оказались на краю смерти.

Один этот край перешагнул, спасая другого. И оба стали за тот бой Героями Советского Союза. Кокорин – посмертно. История такая, что американские Рэмбы нервно теребят автомат в сторонке. Вот про что кино бы снимать!

Оба друга – не кадровые военные. Оба служили в войсках НКВД.

Ну Вы помните, заградотряды, ГУЛАГ, замучанные зэки и всё такое. Артист Михалков с черенком от лопаты вместо винтовки в бою. В жизни всё было, как обычно, совсем не так.

Толя Кокорин, к началу Войны всего девятнадцать лет. Санинструктор.

Родился в Боровичах, под Новгородом. Погиб геройски при обороне Карело-Финской ССР от фашистов. Вот, как это было.

Снова обычная история, как под копирку. Школа-семилетка, потом медицинский техникум, выучился на медика. Недолго поработал фельдшером в родной деревне.

В сороковом году написал заявление на службу. Определили в войска НКВД СССР. На фронте оказывал помощь раненым на поле боя, эвакуировал раненых в тыл.

Через полтора месяца после начала Войны рота Кокорина была переброшена к станции Хийтола в Карелии. Шли ожесточённые бои с финскими фашистами. Которые, как известно любому либералу, с нами не воевали. А только немножко помогали гитлеровцам замыкать блокаду Ленинграда.