Семирамида

Никто, кроме связанной женщины, не вздрогнул, не обернулся, не попытался помочь несчастному. Тут же шевеление под стволом принесло ощущение реальности. Из-под ствола неожиданно выкатилась отсеченная голова – кто-то, по-видимому, выбил ее оттуда ударом ноги. Затем ее связанных запястий коснулось что-то до омерзения холодное. Шами удивленно почувствовала, как освободилась одна рука, за ней другая.

…Опять до отвращения острое прикосновение холодного металла. Ноги почувствовали волю. Шами, не удержавшись, свалилась со ствола прямо на окровавленную голову несчастного, которая так и не сумела отыскать во всей этой кутерьме укромный уголок.

Несколько мгновений Шами отдыхала, на прощание согрела грудью отрубленный комок плоти, попыталась встать и тут же снова повалилась на землю. Самое время лишиться сознания – вот чего ей более всего хотелось в ту минуту.

Куда там!

Она почувствовала, как ей помогли подняться, обернули во что-то широкое, темное, теплое.

Это был плащ лишенного жизни атамана разбойников. Тут только до Шами дошло, что ухаживал за ней тот молоденький воин, который выдал ей имя Нинурты. Как его звали?.. Кажется, Набай.

В сердце колыхнула злоба – Эрра тебя забери, Набай, где ты был раньше? Она оттолкнула его руки, придерживающие плащ, – одеяние сразу упало на траву. Она даже не осознала, что вновь обнажена. Рядом с ней сражались двое чужаков – оба сражались со страхом и решимостью в глазах.

Шами завизжала, как способна визжать только женщина, пытающаяся отомстить негодяю.

В этот момент Партатуи-Буря одолел одного из сопротивлявшихся. Подскочивший Нинурта сменил сраженного «ослом» ассирийца.

«Осел» работал мощно, с уханьем – таких в битве обычно стараются взять живыми, но на этот раз ни о каком снисхождении и речи не было. Сирийский увалень был умел и силен, но в бою с Нинуртой у него не было шансов. Он поймал сирийца на ложный выпад, и, когда тот сделал шаг и, споткнувшись о выставленную ногу, упал, – Нинурта с хаканьем вонзил ему в спину меч.

Шами вырвалась, бросилась к мужу, повисла у него на шее. Тот, еще ошалело глядя вокруг, попытался прикрыть жену рукой. В следующий момент его взгляд упал на молоденького Набая. Начальник конницы, поддерживая рукой жену, направился к нему. По его лицу было видно, что Нинурта не в себе и от него нельзя ждать ничего хорошего.

Молодой воин затрепетал.