Вкус порока

– О, боже, с чего начинается утро… – провозгласил оперный баритон, и взору оробевшей публики предстал всклокоченный психоаналитик в пижаме, – Ваши голоса меня раздражают, нельзя ли тише? Тамара Михайловна, голубушка, вы уверены, что стирали постельное белье в прошлую среду, а не в позапрошлую? Вы уже приготовили завтрак? Почему искрит проводка в ванной комнате? Неужели так трудно вызвать чистоплотного и трезвого электрика? Дмитрий Сергеевич, почему вы опаздываете?

– Хотите меня уволить? – с надеждой спросил я.

– Не дождетесь, – проворчал Краузе, – По крайней мере, не сегодня. Впрочем, не могу избавиться от мысли, что с вами я хлебну. Строптивость и дерзость в вашей натуре легко уживаются с ленью и робостью. Даже не знаю, что из этого хуже. Кстати, при общении с людьми старайтесь держаться подальше от стен, не опираться на них и прочие предметы – это говорит о недостатке смелости и независимости. И не держите руки в карманах. Если спрятали в карман левую руку, наблюдательный собеседник заподозрит вас в скрытости.

Если правую – в утаивании мыслей и ценной информации.

– А если обе? – не удержался я.

– То это просто неуважение к собеседнику! – вспыхнул Краузе, – Идите, работайте!

День тащился, как контуженая черепаха. Я знакомился с домом, с порядками, с автомобильным парком. Гараж примыкал со двора к дому. Вооружившись доверенностью на «Лексус», БМВ Х-5 и черную «Тойоту-Премио», я навестил страховую компанию, получил полис. Принял телефонный звонок и объяснил своей возлюбленной, что в жизни наступили перемены, и неизвестно, куда качнется маятник.

Если она готова пережить со мной трудности – буду рад. Подумав, девушка заявила, что еще не знает, как к этому относиться, и поэтому нам лучше не встречаться пару дней.

Еще одним «чудачеством» доктора Краузе оказалась экономия на электричестве. С его-то доходами? Впрочем, Тамара Михайловна шепнула, что здесь, скорее всего, фигурирует не финансовый фактор, а скрытая боязнь упорядоченного движения электронов.

Электричеством доктор пользуется, но предпочитает маломощные источники освещения. И может впасть в бешенство, если обнаружит горящую без нужды и никем не контролируемую лампочку. В детстве, видимо, ударило, решил я. В три часа пополудни я наблюдал с полутемной галереи второго этажа, как доктор Краузе принимает пациентов. Первым прибыл господин в дорогой куртке – коротко стриженный, похожий на барсука. Он что-то подобострастно говорил, яростно тряс доктору руку.