Мертвые яблоки

Зайдя домой, я увидел на вешалке две фуражки, но это были не фуражки наших пограничников, я это сразу понял, так как наши фуражки были зеленого цвета, а эти были другие: темные и какие-то высокие. Мама вышла ко мне навстречу и приложила палец к губам: «Тихо!». Меня покормили на кухне, хотя обычно обедали и ужинали мы в гостиной. Как потом оказалось, в доме у нас находилось два немецких офицера, отец и еще кто-то из руководящего состава 92 погранотряда. Они ужинали, и разговаривали о своих пограничных делах.

Обычно, каждый вечер наш и немецкий представители встречались на середине моста, там, поперек, была нарисована белая полоса, обозначающая границу, и пограничники с нашей и немецкой стороны там встречались и обменивались документами. Это была ежедневная процедура.

Отец потом рассказал мне, что вопрос они обсуждали важный, касающийся очередной диверсии на границе со стороны польских нарушителей, планировали изначально поговорить в одном из ресторанов, но по какой-то причине им не удалось попасть туда и они поехали к нам на квартиру.

Перед тем, как отправиться ко сну, я почувствовал себя нехорошо: очень болела голова, царапало горло. Мама меня осмотрела и всплеснула руками: «Господи! Ангина!». Она недолго думая уложила меня в кровать, а через пару минут вернулась и сделала мне компресс на шею. Я долго маялся, ерзал, но вскоре сон налил мои веки тяжелым свинцом, и я перестал сопротивляться дреме.

***

Рано утром мой сон был прерван каким-то страшным грохотом.

От страха, я вскочил с кровати и спросонья не сразу смог понять, что происходит: смотрю на окно в комнате, сейчас такие принято называть «французскими», а шторы, которые их закрывали, развиваются – стекла выбило взрывом. Мама крикнула мне: «Быстро одевайся, одевайся скорее!» Сама она бросилась собирать братишку. Я, одевался впопыхах, так торопился, что надел разные туфли на одну левую ногу. В это же время отец прыгал на одной ноге, натягивая брюки. На ходу застегивая гимнастерку, он побежал на улицу, успев в дверях крикнуть матери, чтобы мы спускались в подвал как можно скорее.

Однако когда мы попытались выйти в коридор, чтобы спуститься в подвал, то увидели, как пули отскакивали от уличной двери, которая выходила на немецкую сторону реки Сан: работал пулемет. Нужно понимать, что Сан река не широкая, всего-то около 100 метров. И вот эти щепки от деревянной двери летели во все стороны, что заставило нас вернуться обратно в спальню.