Герцог для Сиротки

(Я сказала – есть! Несмотря на то, что сейчас именно Тарис Тарг, словно не удержавшись, раз за разом касается поцелуями моих волос.) А у Тариса есть Мариана.

Мариана.

Именно это имя – а также то, что я видела вчера в коридоре, как она висла на герцоге – и придало мне сил.

Но, разумеется, не помогло вырваться.

Напротив, герцог Таргский окончательно разозлился и, приподняв меня, аккуратно впечатал в дерево.

Притиснул к стволу всем телом, раздвинул коленом ноги и заключил меня в клетку свои рук. Я испуганно поерзала, но добилась лишь того, что Тарис оказался еще ближе и теперь я практически сидела на его бедре.

– Хеллиана, – тихо, но как-то очень жестко сказал парень. – Если ты продолжишь, то я уже не смогу себя контролировать.

Это сработало. Я замерла, ошеломленно глядя на Тариса, и честно сказала:

– Ты меня пугаешь.

– Я знаю, – совершенно спокойно признал он и, отняв одну руку от дерева, коснулся моих волос, убирая их за ухо, скользя пальцами по щеке, шее… достигая ворота рубашки и останавливаясь.

 – Себя я тоже пугаю, Хелли. Из-за того, что не могу выбросить тебя из головы. Не могу сдаться. Без тебя мне становится… назовем это – некомфортно. Я хочу, чтобы ты была со мной.

Э-э-э?..

– Ты хочешь, чтобы я не разрывала кураторство? – наивно осведомилась я.

– Кураторство – способ быть ближе. Рядом. И да, я предупреждаю официально, что если ты не захочешь занять место рядом со мной по праву подруги и возлюбленной, то я не откажусь от кураторства.

Более того, стану настаивать, чтобы его не передали никому другому. Я отлично знаю, что мы с тобой магически совместимы, и профессор Фирс несомненно, поддержит мое решение. При таком совпадении параметров не учитываются личные недоразумения между потенциальными напарниками. Приходится как-то их решать. На благо государства. А кураторство – отличная возможность сработаться, невзирая ни на что.

Я смотрела на него расширенными глазами, не в силах утрясти в голове все то, что сейчас слышали мои уши.

И смогла лишь повторить самое невероятное – из категории того, во что совсем уж нельзя поверить.

– Возлюбленной? Ты что… ты же герцог! А я…

Некоторое время я думала, как бы поблагороднее себя назвать, но самое безобидное, что пришло на ум, было:

– А я бюджетница.

– Да, я герцог. Именно поэтому у моего положения должны быть хоть какие-то плюсы.

На красивом, строгом лице Тариса было совершенно спокойное, ледяное даже выражение.