Герцог для Сиротки

Если волчица учуяла от меня запах Тариса, когда я просто мимо нее прошла… То что же учуял Эрик?! Который тоже волк?! Я же рядом с ним стояла, вплотную почти! Он же под руку меня брал! И смолчал…

Какая же ты все-таки дура, Хелли Вэртззла! Не малышка вовсе, а просто дура-дура-дура! Хоть головой об стенку бейся…

Глава 4

Об адреналине, совести и неприятных беседах

Тарис Тарг

– Мистер Тарг, я очень вас прошу, я, наконец, требую! – Морган Фирс уже практически орал.

Да, я не оборотень-первокурсник, чтобы вот так просто на меня рыкнуть и под конвоем отвести в общежитие.

Да, я знаю, что преподаватели этой академии справятся с любой нечистью и без моего участия. И да, я понимаю, что задерживаю мощного огневика, отнимаю его время, не даю приступить к отлову неведомой твари.

Но что, если эта тварь была не одна? Что, если через пару часов – или минут! – откроется новый стихийный портал, причем такой величины, что из него вывалится сразу стая монстров? В этом случае мои умения и мой боевой опыт – опыт сражений именно с нечистью! – окажется далеко не лишним!

– Что ж я не ваш куратор-то, вот несчастье… – пробормотал профессор, закатывая глаза.

Я тоже посмотрел в серое осеннее небо и вздохнул.

– Вы идите, профессор Фирс, – предложил участливо. – Моему куратору я отвечу то же самое: я не буду отсиживаться в защищенных стенах, когда…

– Я-то пойду! – прорычал Фирс. – Но только в том случае, если вы дадите мне слово герцога Таргского, что немедленно отправитесь в общежитие! И прекратите наконец строить из себя незаменимого бойца!

А вот это уже оскорбление…

– Профессор, вы не…

Но, встретившись с ним взглядом, я оборвал себя на полуслове.

Демоны забери мой возраст!.. Точнее, прибавьте мне, прибавьте лет хотя бы пять! Чтобы уже был диплом, чтобы никто не смел мне приказывать… и не нес за меня ответственность.

В глазах замдекана моего факультета я увидел очень знакомое выражение. Так смотрели на меня в пограничном гарнизоне у Хантурейского хребта.

Все четыре месяца, проведенных в окружении нечисти, на меня смотрели именно так – как на досадную помеху, которую некуда деть и нужно защищать любой ценой. И не только отец – все погранцы. Все до единого, они смертельно боялись за меня, они за меня отвечали, они готовы были умереть за меня и – умирали…

И сейчас я осознал: профессор Фирс боится за меня точно так же. Еще несколько мгновений – и он попросту скрутит меня и доставит в общежитие лично. Ну, попытается.