Любовь зла! Полюбишь и…

. Ведьма? Я же просила, я же всеми святыми заклинала, чтобы не посылали!

Я затормозила, озадаченно глядя на пожилую магичку.

– И вам доброго дня.

– Доброго, куда уж… – недовольно проворчала ведьма вытряхивая табак из трубки над какой-то клумбой, поймала осуждающий взгляд кого-то из эльфов и сварливо заметила: – Я не мусорю, а возвращаю природу к природе! Так сказать прах к праху! А ты… Тильда, так?

– Тильда Ронберг к вашим услугам! – привычно козырнула я.

– Хельга Вотс к вашим услугам, – ответила женщина и махнула рукой.

 – Пойдем уж… буду рассказывать тебе о потрясающем городе Луэжеле, и станем искать официальные причины для того, чтобы тебя отсюда спровадить.

Ничего себе радушный прием!

Она порывисто развернулась и скрылась в дверях светлого и просторного дома, чья воздушная архитектура настолько диссонировала с обликом Хельги, что просто диву даешься.

Пока мы шли по коридорам, она постукивала пальцами по металлическим набойкам на ремне и четко, по военному рассказывала:

– Я – одна из совета Триумвирата магической общины Эльфийских Лужаек.

Вопреки распространенному мнению, ведьм тут достаточно. Эльфы отлично относятся к светлым и терпят нескольких тёмных. Они, конечно, те еще прошаренные сволочи, но не идиоты. К сожалению, к сожалению, да…

– А вы к какой касте относитесь? – рискнула задать вопрос, ответ на который был для меня не вполне очевиден, как ни странно. Просто темной ее назвать было нельзя, сила совсем иначе ощущалась.

Но и светлая… да где вы видели таких светлых ведьм?!

– А я – серая, дорогая Тильда, – кривовато усмехнулась Хельга, достигнув двустворчатых дверей и небрежным касанием отворяя их.

В просторной приемной за столом сидела темноволосая эльфийка, которая полными изящества движениями полировала ногти. Ровно до того момента как не увидела ведьму. Настолько стремительного перехода к имитации бурной деятельности, я в жизни не видела!

Но в приемной мы не задержались, прошли дальше.

Кабинет был аскетически строг. Самый простой стол, стеллаж с книгами, и несколько обычных стульев даже без обивки. Ведьма уселась в кресло, закинула ногу на ногу и понимающе усмехнулась.

Мое удивление, которое, полагаю, отразилось на лице, можно было легко понять.

Ведьминский дар бывал двух разновидностей.

Притом мы отличались не настолько сильно, как принято было считать.