Сказание о Старом Урале

– Не поглянулся тебе?

– Больно часто на меня поглядывать стал. Что волк голодный. Не люблю таких. Забирай его на Косьву.

– Подумаю. Молодец отчаянный, но подлости в нем – через край. Узнал ли Григорий, пошто он из Москвы убежал?

– Из-за бабы, сказывает. С мужем ее столкнулся, тот чуть не государю самому пожаловался, и вышла Алешке опала.

– Ты, стало быть, боишься, чтобы он из-за тебя с Гришкой не столкнулся?

– Ты все шутки со мной шутишь! Что ж, шути, пока весело тебе. Дальше один ступай-ка.

В рощице побуду, о заветном помечтаю.

– В добрый час. Покойной тебе ночи.

Семен отошел, Катерина шепотом позвала его назад. Он воротился.

– Или мечтать раздумала?

– Уедешь – домечтаю. А пока не уехал – не ночуй на струге, слышишь?

– Надеешься вырваться, коли заснет?

– Ежели и не заснет, все равно вырвусь!

Глава седьмая

1

Погас закатный свет над городком, и стерлись с земли тени. На три стороны от Кергедана растянулись строгановские варницы с рассольными колодцами.

Идет от варниц день и ночь едкий смолистый дым. В слободках им даже срубы изб пропахли. Временами ветер приносит его дух и за стены городка.

Еще в Чердыни, на плотах, Иванко Строев вдоволь наслушался про тягостный и изнурительный труд солеваров. Заводятся у людей от соленой мокрети язвы на теле, волосы выпадают, глаза слезятся, опухают и покрываются бельмами, а кожа на руках и ногах трескается, кровоточит из-под корост.

Конечно, в любом труде есть свои тягости, но, по сказам плотоводов, работу возле соли бог дал людям в наказание за грехи.

По слову Семена Строганова Иванко наведался в Кергедане к Аггею Рукавишникову. Зодчий пытал его знания в плотницком ремесле, остался доволен опросом и приказал, не мешкая, собирать артель плотников. Людей дозволил брать по выбору, а если не хватит сноровистых рук, не запретил искать их и в других хозяйских острогах.

Довелось Иванку поговорить с хозяйкой Кергедана Катериной Алексеевной.

Наказала поначалу изладить для нее легкую ладью, чтобы бегала по Каме под парусом.

В городке Иванко подивился доброте крепостной стены и хозяйских хором, но тянуло его поглядеть своими глазами, как люди соль варят, без которой самый вкусный кусок в горло не полезет. Смолистый дым варниц еще пуще разжигал любопытство, но артельному старосте уже не стало хватать дня, чтобы управляться с делом. Наконец свободный вечер нашелся. Иванко вышел из городка.