Время Сварога. Грамота

– Братцы, не выдавайте! Они ведь забьют меня до смерти! – орал он оттуда.

– Что, пехота, страшно? Раньше надо было думать!

Прошло несколько напряженных минут, которые растянулись в томительную бесконечность. Мужики не собирались расходиться, а наоборот, подогревая друг друга угрозами в наш адрес, или, точнее сказать, в адрес Руслана, требовали крови.

– Что будем делать? – спросил я, не отрывая взгляда от улицы.

– Может, надо милицию позвать? – предложил кто-то.

– Где ты видел здесь милицию? Тут, наверное, один участковый на весь район!

– Ну, тогда главу администрации! Он-то уж сможет успокоить своих…!

– Чем успокоить, задницу свою подставить?

– Эй, Руслик, вылезай, поговори с народом! Расскажи им, какой ты несчастный, авось тронешь их ранимые сердца!

Но Руслан не подавал признаков жизни.

Гробовая тишина под кроватью была ответом.

– Слушайте, парни, а почему они не вломились к нам? Что им мешает положить нас здесь?

В самом деле, ничего не мешало мужикам войти в дом – хлипкие запоры не смогли бы их удержать – но почему-то они ограничивались только криками с улицы.

Что это? Необъяснимая деревенская вежливость или немецкое уважение к чужому жилищу? Что заставляло их оставаться снаружи?

– Воспитанная немчура, блин!

– Мы немцев били и бить будем! Пусть знают – русские не сдаются! – заорал кто-то в патриотическом порыве.

– Ты еще скажи, что будем стоять до последней капли крови.

– А может, ничего нам не сделают? Так, попугать пришли?

– Давай, Игорек, ты у нас сержант.

Тебе и разруливать.

– Да, Игорь, тебе они ничего не сделают. Ты не Руслан. Ты не виноват.

Вот и случился этот самый момент истины. Помощи ждать было неоткуда. С другой стороны, учитывая, что терпение местных жителей было вовсе не безграничным и отсидеться в ожидании благополучного исхода не представлялось возможным – нужно было принимать решение.

– Ладно, попробую. В случае чего пишите письма на родину.

С замиранием сердца я вышел на площадь. Суровые и нетрезвые лица встретили меня мрачно.

Они с интересом разглядывали смельчака, пока, наконец, кто-то не выкрикнул:

– Это не он, это другой!

– Где чурка? Чурку давай!

– Тихо, мужики! Чего бузим? – стараясь придать голосу как можно больше твердости, начал я.

– Ты кто, командир? – понеслось из толпы.

– Три сопли на погонах и уже командир!

– Борман, врежь ему!

– За чурку ответ держать будешь?

– Где чурка? Чурку давай. Мы против русских ничего не имеем. Чурок бить будем.