Дача, «Венера в грозу» и китайские шахматы. Русскiй детектiвъ

– Я уже сдал свой багаж, мадам, – добавил морской офицер, – могу ли я чем-то помочь?

– Просто постойте рядом что-бы я не забыла квитанции. Даша, будь добра, достань из ридикюля карандаш. Ксения Николаевна Терентьева, супруга Николая Ивановича Терентьева, камергера Дворцового Ведомства. Это Дарья, моя горничная. А муж и дочь попозже подойдут.

– Сергей Петрович Стабров, капитан Императорского Военного флота.

– Какое чудо? Морской офицер, и в Первопрестольной. Но я очень рада, что и вы следуете в этом поезде.

Если не секрет, далеко ли? – и женщина обаятельно улыбнулась.

– На дачу, представьте себе, Ксения Николаевна. С супругой, отдохнуть от городской суеты.

– Неужели тоже в имение князя Батурина?

– Точно так. Нам достался левый флигель Конного двора.

– Мило. У нас «Домик со львами». Но, сюда приехали только на лето, в зданиях нет печей, так что мы в этом имении расположимся только до сентября.

– Превосходно. Отдохнёте от шума городского трамвая.

– Вот, госпожа Терентьева, – прервал их разговор служащий дороги, – ваши квитанции!

– Сергей Петрович, не посмотрите? – попросила Ксения.

Стабров быстро пробежал, глазами по бумагам, проверил записи, и согласившись, кивнул.

– Всё в порядке, Ксения Николаевна. Но, прошу меня простить, вынужден откланятся, – попрощался он.

– До встречи, – дама протянянула руку для поцелуя, – на даче.

– Непременно.

И Сергей Петрович поспешил к вагону первого класса, где его уже ожидали. Анна с ридикюлем и летиим зонтиком в руках, и Глафира Андреевна с плетёной сумкой.

– Ну что Сергей, пойдём? – заметила жена, – а то пора и рассаживаться.

Кондуктор, при всей форме, в фуражке и тужурке железной дороги, проверил билеты, и проводил путешественников к их купе.

– Ехать недолго, через час ваша станция назначения, – предупредил железнодорожный служащий.

– Спасибо, – ответил Стабров, – Анна, Глафира Андреевна, вот наше купе, проходите, садитесь!

Он сам помог присесть жене, горничная села напротив них.

Его фуражка заняла своё место на вешалке, а светлые волосы, стриженные по модной прическе « бокс», не нуждались в расческе. Да, было очень уютно, мягкие диваны, бархатные занавески, на столике стояла лампа с зелёным абажуром. Просто идиллическя обстановка. Постучавшись, зашёл важный, как его кокарда на фуражке, усатый проводник, и объявил:

– Поезд скоро тронется, а чай я сейчас же принесу.

– Благодарю вас, – ответил Стабров.