Файролл. Слово и сталь

– Они были все как иха мать… – пробормотал я – Это Верховная что-ли? Вот уж не думал я, что она до такого докатится…

– Ты знаком с нашей владычицей? – удивленно спросила Элли, которая висела прямо надо мной, и уже растопырила пальчики для очередного сеанса нелечебной электротерапии.

– И с ней, и с ее родительницей – заверил я Элли – Очень близко знаком, правда не скажу, что сильно этому рад.

– Тогда я тебя не буду убивать – внезапно заявила вилиса и спустилась на землю – Она в последнее время злая ужасно на всех, все ищет, кому бы уши оборвать, вот так убьешь тебя и крайней станешь.

Да и вообще, надоел ты мне.

– Не могу сказать, что я этим расстроен – пробормотал я, уже и не зная, что и ожидать от этой чудачки. Сюда бы Трень-Брень, глядишь, и нашли бы эти двое общий язык, особи не от мира сего, они друг к другу тянутся. А вот нормальному человеку подобное не под силу… – Ты бы меня на остров свой отвела, а? Перетолковать мне с твоей мамашей надо, по поводу пленников.

– И не подумаю – Элли снова взлетела вверх – Нечего тебе там делать, понятно? Уходи отсюда и не возвращайся никогда.

Вилиса набрала высоту и скрылась в тумане, наползающем на болото.

Я посмотрел ей вслед и пробормотал –

– Все выше, и выше, и выше…

И вот что мне теперь делать? Переть по болоту, как трактор по пашне? Ладно, положим, что направление я знаю, по карте увижу. Но судя по ней же, до того острова часа полтора пути, и за эти полтора часа я успею утонуть раз тридцать.

Плюс болото наверняка обитаемо, знаем мы такие места, бывали. Нечисть разнообразная, чокнутые вилисы, какой-нибудь местный босс – коряга ожившая или черепаха болотная – фантазия у разработчиков богатая, мне ли этого не знать.

Тем временем туман окончательно окутал болота, и подобрался к берегу вплотную, отчего это место, и до того к романтическим мыслям не располагавшее, стало совсем уж мрачным.

В довершение ко всему в мутной белёсой пелене начали мелькать какие-то тени, смутно виднелись огоньки, появляющиеся и пропадающие, слышались какие-то звуки, вроде оханья, протяжного пения и далеких криков. Короче говоря – мне было невероятно неуютно и совершенно не хотелось тащиться в эту серо-грязную пелену.

Я отошел подальше от берега, к кривым безлистым деревьям и сел на пенек, положив меч на колени.