Темное время

Будем считать, что хоть раз в жизни я себя повел как нормальный мужик, который помогает женщине только потому, что он обязан это делать по сути своей. Просто так, без дальнего прицела. Вы же нас рожаете не для того, чтобы пособие получать, а по любви, верно? И потом – мне надо хоть одно доброе дело иметь в загашнике, чтобы не совсем уж сволочью себя ощущать. Правда, добрым его, по здравому размышлению, не назовешь.

– Немного хитрите, но это нормально, – одарила меня еще одной улыбкой девушка. – Ладно, сама решу, как именно вас отблагодарить.

– Сразу нет, – немедленно отозвался я. – И не думайте.

– Да, – тоном, не оставляющим места для сомнений, возразила мне Виктория. – Не стоит спорить, сразу предупреждаю. Ну и, в конце-то концов, это в ваших интересах. Если что, именно этот аргумент отведет от вас все возможные подозрения сотрудников Отдела.

– Вы же сказали, что возмездия со стороны ваших коллег ждать не стоит? – подковырнул я собеседницу.

– Не стоит, – кивнула Виктория. – За Арвена никто из них вам счет не предъявит. Но мы не последняя инстанция, поймите, и в этом случае мои показания станут решающими. Если что, я приму удар на себя. Но для этого я должна быть рядом с вами.

Все это шито белыми нитками. Третий класс, вторая четверть. У нее другие цели, и я догадываюсь какие. Она хочет убедиться в том, что сделка на самом деле будет совершена. Так сказать, верю-верю всякому зверю, а тебе, ежу, погожу.

Или есть еще что-то, чего я пока не вижу?

И ведь не отстанет, это ясно как белый день. Жалко, хотел я погреть руки у костерка Арвена по полной, а так только должок маре верну. Убытка я, разумеется, из-за этого никакого не понесу, но и сто процентов прибыли не получу. Обидно.

Впрочем, еще одна уступка – это тоже инвестиция в будущее, не так ли?

– Ваша взяла, – вздохнул я. – Уговорили, пусть будет так. Но на моих условиях. Идет?

– Слушаю, – насторожилась сотрапезница.

– Ваша роль – наблюдатель, – очень серьезно предупредил ее я. – И не более. Вы не встреваете в разговор, вы не ставите условий, вы не даете обещаний и ничего не просите. Вы вообще не открываете рот. Это понятно?

– Но…

– Виктория, не сомневаюсь, что вы у себя в отделе много чего читали про мар, – усмехнулся я. – Смею вас заверить – вы про них ничего не знаете. Книги – это только книги. В жизни все куда проще, а потому страшнее.