Последние свидетели. Соло для детского голоса

Последние свидетели. Соло для детского голоса

Светлана Александровна Алексиевич

Голоса Утопии #2

Вторая книга знаменитого художественно-документального цикла «Голоса Утопии» Светланы Алексиевич, в 2015 году получившей Нобелевскую премию по литературе «за многоголосное творчество – памятник страданию и мужеству в наше время». В «Последних свидетелях» – воспоминания о Великой Отечественной детей, самых беспристрастных и самых несчастных ее свидетелей. Война, увиденная детскими глазами, оказалась еще страшнее, чем запечатленная женским взглядом в книге «У войны не женское лицо».

«Последние свидетели» – это подвиг детской памяти. Как и остальные книги цикла, публикуется в новой авторской редакции.

Светлана Алексиевич

Последние свидетели. Соло для детского голоса

© Светлана Алексиевич, 2013

© «Время», 2013

Вместо предисловия

…одна цитата

Во время Великой Отечественной войны (1941–1945 годы) – погибли миллионы советских детей: русские, белорусы, украинцы, евреи, татары, латыши, цыгане, казахи, узбеки, армяне, таджики…

    Журнал «Дружба народов», 1985, № 5

…и один вопрос русского классика

Когда-то Достоевский поставил вопрос: а найдется ли оправдание миру, нашему счастью и даже вечной гармонии, если во имя этого, для прочности фундамента, будет пролита хотя бы одна слезинка невинного ребенка? И сам ответил – слезинка эта не оправдает ни один прогресс, ни одну революцию.

Ни одну войну. Она всегда перевесит. Всего одна слезинка…

«Он оглянуться боялся…»

Женя Белькевич – 6 лет.

Сейчас – рабочая.

Июнь сорок первого года…

Я запомнила. Я была совсем маленькая, но я все запомнила…

Последнее, что я запомнила из мирной жизни – сказку, мама читала ее на ночь. Мою любимую – о Золотой рыбке. Я всегда у Золотой рыбки тоже что-нибудь просила: «Золотая рыбка… Миленькая золотая рыбка…». И сестричка просила. Она просила по-другому: «По щучьему велению, по моему хотению…».

Хотели, чтобы мы поехали на лето к бабушке, и чтобы папа с нами поехал. Он такой веселый.

Утром проснулась от страха. От каких-то незнакомых звуков…

Мама с папой думали, что мы спим, а я лежала рядом с сестричкой и притворялась, что сплю. Видела: папа долго целовал маму, целовал лицо, руки, а я удивлялась: никогда раньше он так ее не целовал. Во двор они вышли, держась за руки, я подскочила к окну – мама повисла у папы на шее и не отпускала его.