Екатерина Чубарова

Не просто человеком – а каким-то человеком. А кто знает правду, какой он есть?

Так судил и Петербург. Судил всех. Судил и Екатерину Чубарову. С лёгкостью языки озвучивали то, что видели незрячие глаза. Из личных мнений складывались предубеждения. Герцог Раффаеле ди Кастеланьоло не знал этих предубеждений.

Глава IV

«Сколько я хотела бы сказать вам, сеньор Раффаеле!.. Если бы мне увидеть вас снова… Но когда вы посетите Нину и Петра Васильевича?»

Екатерина сидела на полу в библиотеке в светло-дымчатом перкалевом платье и рисовала карандашом на полотне.

Срисовывала картинку из книжки. Канзу[23 - Косынка больших размеров из лёгкой ткани или кружев, которую носили перекрестив концы на груди и завязывая их на талии.] распалась на груди, из-под круглого гофрированного воротника выбился серебряный крестик.

На столе, на полу громоздились столпы книг. На полках зияли прорехи. Дверь скрипнула – до слуха донеслись суетливо-шаркающие шаги матери и чьи-то незнакомые твёрдые каблуки.

– Катя, почему ты не предупредила меня, что у нас будут гости?

За Александрой Павловной в дверях стоял герцог ди Кастеланьоло.

И вот он был – этот взгляд, который невозможно забыть! Холодный, пронизывающий взгляд Екатерины Чубаровой: с металлическими лучиками вокруг зениц широко распахнутых глаз.

Она не успела ни встать, ни сложить раскинутое полотно с карандашным наброском картинки.

– Простите за визит без приглашения, – Раффаеле улыбался знакомому пейзажу на раскрытой странице книги: залив и дымящий Везувий.

Екатерина поднялась с пола, оправила помятое платье:

– Мне следовало догадаться пригласить вас.

– Ты перевернула всю библиотеку! – произнесла Александра Павловна. – Нашла ты книгу с картинкой Неаполя?

– Да, maman!

Нелёгкая угораздила маменьку спрашивать при герцоге!

– Я распоряжусь, чтобы подавали обед.

Шаги Александры Павловны затихли в правой половине дома.

– Зачем вы рисуете картину на полотне? – спросил Раффаеле.

– По рисунку я буду вышивать нитками.

Он улыбнулся, приподняв брови.

Неловкое молчание…

– Я рада вашему визиту, сеньор Раффаеле! Я думала о вас. О вашей семье, друзьях. В моей голове роится столько мыслей, а деть их некуда.

– Вы поделитесь ими?

– Если вам угодно меня выслушать…

Екатерина поджала губы. Должна ли она так смело говорить с герцогом?

Чёрные сапоги с каблуками прошагали к тумбе заваленного книгами стола.

– Вы говорите, что вышиваете картины.