История одной семьи. Книга вторая

Естественно, я не смогла прочитать тот ряд букв, что требовалось для прохождения, а очки я забыла дома. Правду сказать, очки мне не очень помогали и поэтому я не носила их постоянно. У меня был врожденный астигматизм и очень слабое зрение в правом глазу, к тому же он немного косил и при напряжении это вызывало дрожание глазного яблока. В левом глазу у меня было хорошее зрение вначале, но ему приходилось брать двойную нагрузку и со временем в нем зрение тоже снизилось, но все-таки было лучше, чем в правом. Я очень завидовала тем, у кого было хорошее зрение.

Мне же эта проблема мешала всю жизнь. Врач сказала, что она не может подписать мое медицинское заключение без очков. Я вся сникла. Ольга тоже не смогла прочитать нужный рядок без очков, и врач ей сказала тоже самое, что и мне. Но тут раздался Ольгин торжествующий голос: «А я помню свои диоптрии!» Что–то было в этом возгласе такое, что не понравилось врачу, возможно нотки скрытого злорадства или затаенной радости, что одним конкурентом меньше. Я тогда по наивности не обратила на это внимание. Врач выслушала Олю и сказала, что с таким зрением и даже с очками она не может допустить ее к поступлению в политехнический институт. А затем повернувшись ко мне сказала, что ждет меня завтра с очками в своем кабинете. На следующий день я снова была в ее кабинете и получила ее подпись, хотя я и в очках не дотягивала до нужного лимита. Видно, вчерашний Ольгин поступок изменил ее отношение ко мне. Напоследок она все-таки не вытерпела и сказала, что Оля не может быть хорошим товарищем, есть в ней этакая червоточина внутри. С Олей я после этого не виделась некоторое время, но через знакомых узнала, что она все-таки поступает в политехнический. Родители или кто-то еще надавили на врача, и та подписала справку. Так что закон законом, но есть и другие двери. Закон для таких девочек как я, за которыми не стоят широкие плечи.

К моему горькому сожалению и стыду я не набрала нужных баллов для поступления и не прошла по конкурсу.

Я так волновалась на экзаменах, что даже свою любимую математику сдала посредственно. Вступительные экзамены – это как лотерея, если повезет, то вытащишь счастливый билетик, а мне пока не очень-то везло в этой игре. Было очень неприятно стоять в очереди для неудачников за своими документами, а затем возвращаться домой с плохой новостью. Стыдно перед бабушкой, стыдно перед соседями. Мне казалось, что весь мир осуждающе смотрит на меня. Это был позор.