Нигилист-невидимка

При его коротком руководстве Анненский пробовал так делать, но в жандармский корпус Александр Павлович пришёл из уголовного сыска, а потому запас зубатовщины у него быстро иссякал и сыщик переходил к проверенным полицейским методам, благо, его кабинет располагался в Департаменте, а не в самом Охранном отделении. Кроме того, в столице приём смутьянов исторически сложился жёстче, чем в Москве, ввиду близости государя, коим ради охраны трона и был учреждён институт тайной полиции.

– Что ж, вахмистр, отведите его в операционную, – голосом, который ставил крест на прежней жизни допрашиваемого, приказал ротмистр.

– Куда? – встрепенулся Аркадий.

– В комнату сто один.

– Что вы такое говорите? Я никуда не пойду!

– В комнату сто один, – сказал офицер.

Вахмистр взял Аркадия Галкина под руку, но тот вырвался.

– Кто дал вам право?!

– Ваше запирательство вынуждает меня взять вас под арест, – объявил Анненский. – Если вам не угодно говорить по душам, продолжим процедуру допроса в операционной.

– Нее…

– Пошли же, скубент, – проворчал Платон Кочубей, насильно выволакивая Галкина прочь из кабинета.

Когда его повели в подвал, студент занервничал. Крутил головой, спотыкался, то и дело вздыхал. Вахмистр и сопровождающий их выводной силком усадили революционера на дубовый стул, завели руки назад и сковали наручниками на жёсткой сцепке.

Анненский спустился в операционную комнату, неся в папке материалы дела. Он поместил её на большой верстак со столярными тисками в торце.

Сорокалинейная лампа ярко освещала предметы, разложенные на столешнице: клещи, крючья, сыромятные ремни с металлическими бляшками, эмалированную кювету, полную изогнутых хирургических инструментов. Ротмистр не спеша пошевелил их пальцем. Перестук и скрежет вызвали у него мурашки по всему телу. Сыщик непроизвольно поморщился, отвернувшись, чтобы не видел Галкин. Звук был исключительно мерзкий, поэтому Александр Павлович повторил процедуру.

– Ну-с, – как бы в раздумье молвил он, выбирая инструмент.

 – Ну-с…

Он взял большой кастет, выточенный из нержавеющей стали. На рукояти были выбиты литеры СС и учётный номер 13, каковыми маркировались казённые «специальные средства». Повернулся всем корпусом к арестованному.

– Вахмистр, затворите плотнее дверь. Сейчас здесь будет шумно.

Студент затрясся всем телом. Зубы его выбивали частую дробь.

– Нет, вы не сделаете… Нет!

Покачивая рукою, обряженной в блестящую сталь, сыщик приблизился к Аркадию.