Русская княжна Мария. Рукопись Платона

Отправляясь сюда, он очень надеялся, что княжна пожалеет старика и из уважения к его сану не будет касаться этого скользкого предмета. Действительность, однако, развеяла его надежды: княжна умела твердо вести дела, и батюшка отлично понимал приказчиков и управляющих, которые, бывало, выбегали от молодой хозяйки в слезах. – Чего про нее говорить? – продолжал он, поневоле впадая в сварливый тон. – Завела себе игрушку, так и играй, я тебе не препятствую.

– Ой ли? – спросила княжна, и батюшка мысленно закряхтел.

 – А кто давеча на проповеди про книжки бесовские говорил, в коих демоны нарисованы?

Теперь отец Евлампий закряхтел вслух. Действительно, обращаясь к прихожанам с проповедью, он не удержался и пылко прошелся по бесовским книжкам с изображениями демонов, чем поверг свою благодарную аудиторию в дрожь и смятение. Речь шла об учебнике естественной истории и древних ящерах, изображения которых оказали сильное влияние на впечатлительную натуру отца Евлампия. Батюшка чувствовал, что изрядно перегнул палку, тем более что проповедь была им произнесена в состоянии приятного возбуждения, вызванного некоторым количеством вишневой наливки, принятой, как говорится, для куражу.

Вот и покуражился… И перед Господом согрешил, и перед княжной неловко.

– А будто не демоны, – огрызнулся он. – Зубищи, как кинжалы, рога, когти, хвосты, а у иных еще и крылья… Как есть демоны.

– Не притворяйтесь, батюшка, – строго сказала княжна. – Никакие это не демоны, и вам это отлично известно.

Кости этих ящеров во всех научных музеях стоят, и каждый год люди новые скелеты находят. Что-то я не слышала про скелеты демонов, хранимые в церковных сокровищницах!

– Не демоны, так порождения дьявола, – не сдавался отец Евлампий, которому не хотелось признаваться, что он попросту сболтнул лишнее на проповеди. – Разве стал бы Господь с этакой пакостью возиться?

– Но ведь все сущее создано Господом, разве нет? – с удивлением заметила княжна, и отец Евлампий почувствовал, что его вот-вот припрут к стенке.

 – Возьмите, к примеру, крокодила. Это такой же ящер, как те, которых вы видели в книге. Он живет в жарких странах, подстерегает добычу, и наука не знает ни одного случая, когда крокодил убоялся бы молитвы, крестного знамения или святой воды. Это такая же Божья тварь, как и все остальные.

– Не знаю, – сказал отец Евлампий. – Сроду я этого твоего крокодила не видал, разве что на картинках. Может, его и вовсе нету.