Дневники: 1915–1919

Наша единственная вылазка случилась уже после наступления темноты – в типографию, чтобы одолжить перевернутые запятые. Вчера Л. навещал Филиппа в Фишмонгерс-холле[430 - Великолепный зал, здание которого прилегает к Лондонскому мосту, штаб-квартира одной из самых богатых и старейших ливрейных компаний. В то время здание использовали под военный госпиталь.]. Я расположилась в одной комнате, а Барбара в другой. Дни, проведенные в помещении, не богаты событиями и пролетают, не успеешь и глазом моргнуть, поэтому в 9 часов вечера, как сейчас, кажется, что рабочий день только начался.

Возможно, это результат беспрепятственного перехода от одного занятия к другому. Л. читает «Жизнь Дилька[431 - Чарльз Вентворт Дильк (1843–1911) – английский политический и государственный деятель. Его двухтомная биография, написанная Стивеном Гвинном и Гертрудой Таквелл, вышла в 1917 году.]»; его беспокоит блоха на спине. Я дошла до середины «Чистилища[432 - Вторая часть «Божественный комедии» Данте Алигьери. У ВВ был отцовский экземпляр этой книги в переводе Чарльза Элиота Нортона. Поскольку она всерьез занялась итальянским гораздо позже, вероятнее всего, ВВ читала именно английский перевод.]», но нахожу его жестоким – полагаю, это скорее из-за смысла, чем из-за стиля написания. Нам пришли новые стихи Харди[433 - Сборник Томаса Харди «Моменты предвидения и другие стихи» вышел в 1917 году.], но мы одолжили их Филиппу.

6 декабря, четверг.

Когда я вчера вечером писала, что день только начинается, то еще не знала, насколько же была права.

Мысли наши, казалось, далеки от воздушных налетов; мрачная ночь; луна показалась лишь часов в одиннадцать. Однако в пять утра меня разбудил Л., и я мгновенно ощутила выстрелы, словно все органы чувств включились, полностью готовые. Мы схватили одежду, одеяла, часы и фонарик, а залпы звучали все ближе, пока мы спускались по лестнице, чтобы, закутавшись в одеяла, усесться вместе со слугами на древний черный сундук в кухонном коридоре. Сказав, что она себя плохо чувствует, Лотти присоединилась ко всеобщему шушуканью, шуткам и обсуждению, которые практически заглушили выстрелы. Стреляли очень быстро и, очевидно, в сторону Барнса[434 - Район в лондонском боро Ричмонд-апон-Темза.]. Постепенно звуки становились все более отдаленными и, наконец, прекратились, после чего мы вернулись обратно в постели. Через десять минут стало ясно, что оставаться нельзя: стреляют по Кью.