Дневники: 1920–1924

Да и в конце тоже, но все-таки этот паровой каток проехался по мне; скажем, Боб разбирает критику или драму в стихах, и к концу все запутывается так, что ничего не понятно. У него проницательный ум, но я понятия не имею, почему он вообще занялся искусством, которое требует изобретательности, богатства, самоотдачи и оригинальности. Бедняжка Бобо[460 - Беатриса (Бобо) Майнерцхаген (1885–1971) – племянница Беатрисы Вебб, жена Роберта Мэйра.], безрезультатно размышлявшая о горестях мира, как она сама выразилась, глуповата – туповата, сказала бы я.

Бедная Бетти… Бедный тот, кто остается с незаконнорожденным ребенком. Еще Бобо говорит, что не может «найти свою форму», будь то реализм, романтика, комедия или трагедия. Меня больше интересовала бедняжка Бетти[461 - Элизабет Майнерцхаген (1892–1948) – одна из пяти сестер Бобо Мэйр; их мать была одной из девяти сестер Поттер (другой была Беатриса Вебб), а Бетти Поттер – сценическое имя Элизабет. Она играла Гонерилью в постановке «Жена короля Лира» Гордона Боттомли; в программу, которую Вулфы смотрели в Кингсвей-холле днем 22 февраля, также входили «Флорентийская трагедия» Оскара Уайльда и «Урок отцу, или Дочка без притворства» Генри Филдинга. ], которая прогорела, а это, как я объяснила, нравится людям. На днях она потеряла ?200 на своей пьесе (Уайльд[462 - Оскар Уайльд (1854–1900) – выдающийся ирландский писатель и поэт.], Боттомли[463 - Гордон Боттомли (1874–1948) – английский поэт-драматург. ] и Филдинг[464 - Генри Филдинг (1707–1754) – английский писатель и драматург.]; я об этом не писала), не удостоившись ни похвалы, ни внимания и потратив все деньги; ее финансируют Мэйры, но они же не могут сделать из Бетти великую актрису, исправить ей подбородок или нос. Она вся во власти самых мелодраматических амбиций. Ничто не удовлетворит Бетти, кроме великой роли, великой аудитории и великого успеха. Она отвергает то, что имеет, оставляет в зале на столе ужасные записки для Бобо, которая, в свою очередь, пишет пьесы, не может нащупать свой стиль и получает отказы театральных режиссеров. Действительно, легко понять, почему ее тексты не продаются: они слишком слабые и эмоциональные. Чтобы хорошо писать и вообще преуспевать в наше время, нужно, на мой взгляд, уметь скручиваться в кулак и бить людям прямо в лицо. Они же рассеянные и расхлябанные.