Царская карусель. Война с Кутузовым

Тот вскрыл бумагу – цветной сафьян. Развернули сафьян – черный шелк. Развернули шелк – рукопись. На первом листе надпись: «Скачет груздочек по ельничку».

Пьесу разучили за день. Пришли звать автора.

Спектакль. Авации. Ужин во славу драматургического дебюта.

Успех кружит голову. Через неделю артисты слушали читку нового сочинения – «Коловратно-курьезная сцена между господином Леандром, Пальясом и важным господином доктором».

Уморительная пьеса, веселие для всех, вот только у Леандра несчастная любовь.

Блажен, в кого амур – так, как горохом в стену,

Без пользы разбросал из тула тучи стрел!

О, счастья баловень! коль сладок твой удел!

Проснулся – ешь за двух! поел – и засыпаешь.

И, сонный, сладкою мечтой себя пленяешь.

А в первой пьесе, где сюжет взят из народной песенки: «Скачет груздочек по ельничку».

Ищет груздочек беляночки.

Не груздочек то скачет – дворянский сын,

Не беляночки ищет – боярышни.

На спектакль коловратно-курьезный были приглашены все соседи. Смех, радость, острословье друг перед дружкою, хвалы автору, но из всех самая, самая, самая – счастливые глаза Маши и взгляд, означавший на их языке безмолвия: «Я люблю тебя».

Слушать, что ты – первый поэт нашего времени, первый поэт России, поэт на все времена – стыдно. А тут еще равняли с Бомарше.

Василий Андреевич тихонечко сбежал и укрылся от веселящихся за плотиной, где река, отдавши воды барскому пруду, была воробью по колено, зато золотая, пескариная.

Смотрел на стайки рыбок. Диво-дивное! Переступишь с ноги на ногу, и косячок единым существом стрельнет в сторону и снова через минуту-другую вернется на вкусное для пескариков место.

Василий Андреевич пытался посчитать рыбок, но быстро сбивался. Пескари и поодиночке плавали. Значит, понятие «индивидума» у них есть. Почему же в косяке все индивидумы становятся стадом? Солдаты, да и только! Любому вахт-параду на зависть.

Непонятно только, кто команды подает. Как эти команды слышат разом все, и ни единого сбившегося.

Чтоб не пугать рыбок, Василий Андреевич отступил от берега, сел на камень.

И тут его спросили:

– Вы наблюдаете жизнь рыб?

Алеша с Сашей.

– Смотрю на реку. Как река бежит, видно, а вот как время течет, никак не углядишь.

– Надо глаза покрепче зажмурить, а потом – рраз!

– Ну и что – р-раз! – передразнил Алеша. – Сашка у нас выдумщик.

– Пожалуй, надо попробовать! – Василий Андреевич посмотрел на Сашу. – И все-таки следы времен нам дано и видеть, и ощущать.