Ярополк

Уходил от людей подальше, садился возле осиных норок, пел, что в голову придет:

– Ой вы, осы язвящие! Вы не жгите меня, меня жжет огонь и крапива жжет! Не ходите в мою избу, в дымную, ходите в свою, в золотую да в медовую, заждались вас детки-куклешечки, они криком кричат, медку хотят.

Осы, любопытствуя, вились возле отрока, на голову ему садились. Не жалили, но и прочь не летели от неумелых заклинаний.

Однажды пастух-гусляр укололся о сухую траву. Заругался:

– Ох ты, закручень трава, осиная страсть! Спалил бы тебя, да ос тревожить не хочу.

Баян присмотрелся к травке, а слова уже тут как тут:

– Беру, беру закручень-траву! Беру в бору закручень-траву! На зеленом лугу сожгу, сожгу. Разбегайся, разлетайся, осиный народ.

Но осиному народу не было дела до мальчишьих прибауток.

Пришло ненастье, Баян простудился, и ему было велено пойти со старшими ребятами в кузню, возле огня погреться.

Ворота в кузне – настежь, а жарко. Огонь в огромной печи трубит, как лось. А кузнецы знай подкидывают в ярый зев пни да плахи.

Как царь багрян, рода дивного,

Как солнце яр, как жизнь пригож,

Как коровье молоко, белехонек.

А норовом зверь, пожиратель дубов.

Размечи, огонь, золотые свои власы.

Загуди, затруби рыжей бурею.

Порезвись, как дитя неразумное,

А натешившись, послужи ты нам, тебя кормящим.

Кто носит дрова, в поту, в дыму, от сажи чернехонек.

Кто служит тебе от зари до зари и ночь напролет.

Распусти своих птиц, раскидай головни,

Не дай никому повязать себя!

А нам послужи, ковалям-кузнецам,

Песнопевцам служи, златословию,

Будь доступен нам да еще певцам,

Как родитель доступен детушкам.

Подошли кузнецы к печи, поклонились огню, за дело взялись. Чего-то несут, чего-то оттаскивают.

Расступились вдруг от печи, первый кузнец грохнул по печи молотом, и из жерла – солнце полилось. Такая ярь – потемнело в глазах у Баяна.

Оттеснили его в сторону.

Пока проморгался, молотки по наковальне пошли постукивать. Искры сыплются, как звезды. А кузнецы с двух сторон – хвать да хвать. Зазвенело в ушах. Присмотрелся Баян – меч куют кузнецы.

Подошел Любим, лицо черное, а зубы блестят.

– Жарко у нас?

– Жарко.

– Хорош огонь?

– Диво.

– Пошли подышим, дождик кончился.

Сели под навесом, на дрова.

– Что это? – спросил Баян, показывая на пепельный шар на стропилах.

– Осиное гнездо.