Ярополк

Мне успели донести: ты прилюдно осудил мой дар хазарскому послу. Говорят, тотчас сосватал сестру Блуда за гузского князька. Не дразни хазар, Святослав. Посол правду сказал: они нападают, как волки. Сожрать Русь не смогут, но сколько людей будет убито, сколько в рабство угнано!

– Тебе много нашептывают, но ведь и я кое-что знаю про твои тайности! – Святослав поглядел матери в глаза. – Я ведь знаю: улащивая хазарского посла, ты разрешила совершить набег на одну из окраин княжества. Тысячу дев отдать тебе прелюдно стыдно, а разорить веси, опустошить целый край, предав людей в тайном сговоре, – не зазорно.

Слышал я, твой Бог уши режет грешникам… Кто без ушей-то останется за этакий сговор?

Княгиня Ольга побледнела. Она не ожидала такого. Сын и вправду стал мужем. Молчала.

– Отдай мне стол! – сказал Святослав. – Я не позволю хазарам опустошать Русскую землю.

– Хазар побить мало. – Ольга глядела на сына, как смотрят ее иконы. – Хазария должна исчезнуть. Но под каганом вся степь, горы, леса. И все племена.

Отразить нашествие – много ума не надо. Побьешь бека – получишь во враги самого кагана. Ты меня осудил, а теперь поди и подумай. Вы с гузским князьком кабана запороли насмерть, по вашим ли силам зверь Итиля, Белой Вежи, Семендера? – Закрыла глаза. – Я боюсь за Русскую землю… Я так долго врачевала и собирала имение наших пращуров после ран, оставленных тебе в наследство твоим отцом.

– Я побью хазар! – топнул ногой Святослав. – Слышишь! Ты мудрая, но дед мой – князь Рюрик[24 - Князь Рюрик – по летописям, начальник варяжского военного отряда, якобы призванный ильменскими славянами вместе с братьями княжить в Новгороде; основатель династии Рюриковичей.

], во мне кровь князя Олега[25 - Князь Олег (? – 912) – первый исторически достоверный князь Киевской Руси. Правил в Новгороде с 879 г., в Киеве – с 882 г. В 907 г. совершил поход в Византию.].

Поклонился матери, пошел прочь, но вернулся:

– Мир того не стоит, чтоб за него платить народом.

Ушел, хватив дверью.

Ольга перекрестилась на икону.

– Мир – жизнь, мир дорого стоит. – Опустилась на колени перед Богородицей. – Почему, Господь, не благословил женщины быть на княженье? Сядет на сие место сын мой – и люди забудут радости покоя и труда. Звенит в ушах моих от будущей гульбы мечей. Голова гудит от конского топота. Плачет сердце о сиротах, о юных вдовах. Господи! Богородица! А ведь этому быть…

На аркане

Осень стояла теплая, сухая. И вдруг за одну ночь пришла зима.