Нация. Апокалипсис. Том третий

– Ни в каком-нибудь, а в «Движении за перестройку», или просто Рух. Слышал про такое?

– Так, краем уха… по телевизору. Меня, если честно, все эти движения мало интересуют.

– Почему же?

– Мне кажется, что все они на одно «лицо».

– Ну не скажи. Не знаю, как там насчёт «лица», но задачи и цели у всех разные.

– И какова же цель вашего движения?

– Цель у нас одна: достичь государственной независимости Украины!

– Интересно!

– Ещё как интересно! Без политики, Егор, сейчас никуда.

Мы на пороге новых перемен.

– Как в России?

– Не знаю, как там, в России, но скоро наша Украина будет заправлять всей Европой.

– Даже не знаю, что и сказать, – глядя на Сергея, проговорил Сомов. – Чувствую, планов у вас громадьё!

– Ещё каких!

– Как я помню, ты же не тяготел к общественно-политической деятельности, к этой стихии?

– Егор, мы все не тяготели, но жизнь, как видишь, вносит коррективы – и это здорово! После того как я уволился со станции, случай помог устроиться в хорошее место.

– Куда, если не секрет?

– Не секрет: в ХФТИ.

– В Харьковский физико-технический институт?

– с удивлением спросил Сомов.

– Ну, да. А почему ты так удивился?

– Да нет, я просто… А как давно?

– Да вот уж как лет пять, – не задумываясь, ответил Пронько.

– Понятно. Молодец!

– Да что там, – махнув рукой, проговорил Пронько. – Столько пришлось пережить за это время…

Слушая Пронько, Сомов внимательно рассматривал своего товарища, пытаясь не столько узнать от него что-то новое, сколько понять и разобраться в этом человеке, поскольку он напоминал ему в этот момент какого-то заговорщика, которого трудно было понять.

Возможно, этому способствовали его нестандартные манеры поведения, которые раньше Сомов за ним не замечал. Нет, они не выходили за рамки его поведения, просто Сергей показался ему чрезвычайно увлечённым человеком. Будто целью всей его жизни является превращение некоторого «чуда» в нечто постигаемое. И в этом бурном океане эмоций он плыл. Причём плыл наудачу, без компаса и других устройств, облегчающих ориентирование в пространстве. Короче, Сомов узнавал в нём типичного южанина.

– Я часто себя спрашивал, – продолжал Пронько, – нужно ли мне это, полезно ли. И в какой-то момент осознал, что политик – это тот же лекарь.