Нация. Апокалипсис. Том третий

А поскольку у нас в обществе множество разных болезней, то почему бы не начать с себя? А что касается, как ты говоришь, стихии, то Украина всегда была стихийной силой: предсказывать логику действий нашего народа невозможно. Только синоптики могут разобраться в психологии украинского народа.

Произнеся эти слова, Пронько заулыбался.

– Не понял… Как это?

– А что тут не понять: мы живём по принципу: пришли тучи – будет дождь… Сейчас над Украиной такие тучи, что ого-го! Тут и Америка, и Европа… Новый мир открывается для нас, понимаешь! Так что давай, примыкай, – весело произнёс Пронько, кинув взгляд в сторону проходящей толпы.

– Ты серьёзно?

– Серьёзней не бывает!

– Нет, спасибо.

– Почему?

– Наработался…

– Понимаю, понимаю…

– Я сейчас как тот сапожник: живу, не мудрствуя лукаво, помаленьку, принимая только те вещи, которые мне понятны и в точности известны. К тому же я русский.

– Да брось ты! Ты же столько лет прожил на Украине… И потом, не боги горшки обжигают. Сейчас, Егор, такое время… если не мы, то кто же? А то, что ты русский, неважно.

В Украине половина жителей – русские; если мы объединимся, представляешь, какая сила будет? Я скажу больше: на последнем учредительном съезде «Руха» каждый шестой был не украинцем по национальному происхождению. Более того, в руководстве были украинские русские, евреи, поляки, армяне и представители других национальных сообществ. Так что, Егор, вступай в наши ряды, и все дороги для тебя будут открыты. А если будешь говорить на украинском языке, то твои возможности сразу вырастут в арифметической прогрессии. У тебя всё будет с «прибытком».

– Даже так!? – сделав удивлённые глаза, спросил Егор.

– Конечно! Сейчас украинскому языку будут придавать статус государственного.

– А почему ты говоришь по-русски?

– А ты знаешь украинский? – весело спросил Пронько, глядя на Егора.

– Ну не так, чтобы хорошо… Раньше, ты же помнишь, мы все говорили только по-русски.

– То было раньше, а сейчас, Егор, другие времена! Скоро половина Европы будет говорить на украинском языке.

Мы этих чертей заставим плясать под нашу дудку.

– Не знаю даже, что и сказать, – глядя на Пронько, проговорил Сомов. – Слишком убедительно говоришь.

– А тут и говорить ничего не надо: что есть, то есть.

– Ты так думаешь?

– Я не думаю, а знаю. Через десять лет мы должны стать самой богатой державой Европы, если хочешь, другой Францией!

– Главное, Серёжа, чтобы Украина не стала второй Германией.