Песнь Матери-степи

Вспомнил юрту старшего брата, покрытую грязным войлоком и обтянутую бечевками, продуваемую со всех сторон. Не думал Жангир, что когда-нибудь войдет в белоснежную юрту.

– Вот, пришли, – Мурат, словно сложив крылья птицы, снял с детей полы халата.

Асия сразу же вбежала в юрту, мальчишка, переминаясь, не знал, что ему делать.

– Входи, – улыбаясь, сказал Мурат и легонько подтолкнул мальчишку вперед. Выбежала чумазая девчонка с лепешкой в руке:

– Пойдем, апа тебя зовет.

Жангир нерешительно вошел в юрту.

Убранство мальчишку поразило, он никогда не видел такого богатства. Красивые, яркие тускиизы[15 - Тускииз – настенный войлочный ковер.] украшали боковины юрты. Дорогие цветные, узорчатые ковры были постелены поверх кошмы, конские седла, висевшие слева, были украшены кожей и серебром. Деревянная кровать усыпана узорчатой резьбой. Нет, Жангир даже не представлял, что такое бывает, что в такой красоте могут жить люди. Приветливая женщина сидела на стульчике и расшивала камзол[16 - Камзол – женский казахский удлиненный жилет. ]. «Наверное, это для чумазой девчонки», – подумал Жангир. Рядом с женщиной сидел малыш. Увидев отца, он побежал к нему навстречу, радостно лепеча:

– Я, я, я.

Мурат подхватил ребенка и прижал к себе. Малыш все лепетал, наверное, рассказывал что-то отцу на своем, только ему понятном языке. Фазиля отложила камзол и осторожно поднялась, придерживая живот, посмотрела на мальчишку, который, весь мокрый, стоял рядом с Муратом.

Асия тоже была в мокрой одежде, с грязным лицом. Наверное, плакала, поняла Фазиля.

– Асия, что случилось?

Девчонка открыла шкаф, достала иримшик, запихала в рот и, еще не пережевав его, собралась ответить. Но Мурат сам рассказал обо всем, что произошло, и в конце добавил:

– Не будь этого мальчика, неизвестно, что могло случиться.

Фазиля испугалась за дочку, потом подошла к Жангиру, потрогала его волосы:

– Сейчас дам тебе во что-нибудь переодеться.

Она быстро нашла в сундуке сухую одежду. Мальчику дала одежду Каси, Жангир мялся, не зная, где переодеться.

– За ширму зайди, – сказала женщина и помогла закрыть ее. Асию она отправила на улицу помыть лицо и руки. Жангир вышел из-за ширмы. Одежда на нем висела, вещи Каси были великоваты. Но мальчишка улыбался, у него никогда не было такого теплого чапана и сапог. Пришла девчонка, умытая и причесанная, мать дала ей одежду, она тоже переоделась.