Мешок с шариками. Легендарный французский бестселлер

Кто-то переступает через меня и зарывается в сено практически у меня под боком. Пахнет одеколоном и потом. Это женщина; на ней толстое шерстяное пальто, одна пола которого накрывает мою ладонь. Кажется, начинает светать.

Видимо, я проспал много часов. Поднимаюсь на локте: уже достаточно светло и видно, что сарай битком набит людьми. Я бросаю попытки пересчитать их – повсюду, где только придётся, кто-то спит. По очень грубому подсчёту, нас тут человек пятьдесят или больше. Люди, должно быть, всю ночь переходили через линию, а возможно, и до сих пор идут.

Все спят. На женщину рядом со мной падает свет из окошечка. По её щеке стекает слеза, она плачет во сне. Может быть, она плачет с того момента, как вошла сюда.

А вот и новые подошли. В этот раз их много. Я плотнее зарываюсь в одеяло и вполглаза наблюдаю за тем, как они устраиваются на ночлег. Слышатся тихие ругательства на идише, и тут же всё снова смолкает.

– Ты спишь?

Брат вырос передо мной, как из-под земли.

– Но где тебя…?

Он кладёт палец на мои губы.

– Не ори так, сейчас расскажу.

Крайне сложно наорать на кого-то, если можно только еле слышно шептаться, поэтому я просто слушал Мориса, раскрыв рот.

Он провернул очень простую вещь, о чём и поведал мне, лучась от гордости и тихонько посмеиваясь; вкратце это дело сводилось к тому, что он вернулся туда, откуда мы пришли, перешёл через линию восемь раз, проведя с собой сорок человек, и заработал двадцать тысяч франков.

Теперь уже совсем светло. Скоро последние облака отгонит к востоку и выглянет солнце. Трава ещё немного влажная, но это нестрашно, мы усаживаемся на свои сумки. Двадцать тысяч франков! Это просто золотые горы: будет на что купить еды и с лихвой хватит на проезд до самой Ментоны.

И всё же что-то в этой ночной авантюре гнетёт меня.

– А если бы тебя поймали?

Он лохматит себе волосы.

– Ты же слышал Раймона: никакого риска. Когда он нас вёл, я отлично запомнил дорогу: идёшь всё время прямо, потом даёшь кругаля влево, чтобы обойти поляну, переходишь через маленький мостик, и всё.

Но я думаю ещё кое о чём.

– Я не только про это говорю. Тебе не кажется, что вести всех этих людей за деньги не очень-то честно?

Морис смотрит на меня в упор.

– Во-первых, я никого не заставлял со мной идти.