Портрет леди

Ральф находил ее такой же очаровательной, как и раньше, но сейчас она показалась ему слишком самонадеянной – правда, в этом тоже заключалось ее очарование. Он с интересом ждал, что кузина скажет в ответ.

– Я не боюсь, – сказала она. Ответ был вполне самонадеянным.

– Не боитесь страданий?

– Страданий я боюсь. Но не боюсь привидений. И еще я думаю, что люди много страдают по пустякам.

– Мне кажется, к вам это не относится. – Ральф посмотрел на нее, держа руки в карманах.

– Я не считаю это недостатком, – ответила Изабелла.

 – Страдать вовсе не обязательно. Мы созданы не для этого.

– Вы, определенно, нет.

– Я говорю не о себе, – сказала она в сторону.

– Конечно, это не недостаток, – произнес ее кузен. – Быть сильным – достоинство.

– Но если вы не страдаете, вас называют бесчувственным, – заметила Изабелла.

Они вышли из маленькой гостиной, в которую попали из галереи, и остановились в холле у лестницы. Здесь Ральф достал из ниши свечу и протянул кузине.

– Не обращайте внимания на то, как вас называют, – сказал он.

 – Если вы страдаете слишком сильно, вас тут же назовут идиотом. Надо просто стараться быть счастливым – насколько это возможно.

Девушка взглянула на него, взяла свечу и поставила одну ногу на ступеньку дубовой лестницы:

– Вот для этого я и приехала в Европу. Стать как можно счастливее. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи! Желаю вам добиться успеха и буду счастлив помочь, чем могу!

Изабелла повернулась и стала подниматься наверх.

Ральф смотрел ей вслед. Затем, как всегда держа руки в карманах, вернулся в пустую гостиную.

Глава 6

Юная Изабелла Арчер обладала неуемным воображением и более тонкой восприимчивостью, чем у большинства людей, с которыми ее свела судьба. Она много размышляла, шире, чем они, смотрела на окружающий мир и стремилась ко всему неизведанному. Среди окружавших ее сверстников – а они были все люди превосходные – она слыла натурой необычайно глубокой; они никогда не скрывали своего восхищения богатством ее интеллекта, которого не могли оценить, и говорили об Изабелле как о чуде учености – ведь она читала даже древних авторов… правда, в переводах.

Ее тетушка по отцу, миссис Вэриен, однажды пустила слух, будто Изабелла пишет книгу – дама благоговела перед книгами – и намерена ее издать. Миссис Вэриен очень высоко ценила литературу, питая к ней то возвышенное уважение, которое обыкновенно свойственно людям, обделенным «высокими» талантами.