Лиза из Ламбета. Карусель

– Блейкстон, ты с нами? – спросил Гарри, видя, что Джим с женой уходят.

– Не, мы домой. Завтра подъем в пять утра.

– Эк он здоровье бережет, – презрительно прокомментировал Гарри, шагая с Томом к пабу. Блейкстоны, Лиза и Салли пошли в противоположную сторону.

Первым по пути был дом Салли. Через несколько ярдов они оказались возле дома Блейкстонов. С минуту поболтали у дверей, и Лиза пожелала супругам доброй ночи. Дальше ей предстояло идти одной. На улице было очень тихо, редкие фонари струили тусклый свет, который только заставлял Лизу острее чувствовать одиночество.

Какой контраст с полдневной улицей, когда люди так и снуют, а иной раз собираются группками! Теперь Вир-стрит будто вымерла. Лизе сделалось не по себе. Два ряда совершенно одинаковых домов, два ровных тротуара и прямая цементная дорога показались ей проклятым местом, словно здесь недавно свирепствовала чума, или пожар не оставил в живых ни единой души. Вдруг сзади раздались шаги. Лиза вздрогнула и оглянулась. Ее нагонял мужчина; в следующую секунду она узнала Джима. Джим махал ей, потом глухо позвал по имени.

Лиза остановилась и ждала, пока он подойдет.

– Вы чего?

– Пришел пожелать тебе доброй ночи, Лиза.

– Вы ж только что пожелали.

– Не, я хочу по-настоящему пожелать.

– Где ваша жена?

– Дома. Я сказал, что передумал и иду промочить горло с ребятами.

– Так она ж узнает, что вас не было в пабе.

– Не узнает. Она сразу наверх пошла, поглядеть, как там наш меньшой. А я хотел с тобой одной говорить, Лиза.

– Почему?

Джим не ответил, зато попытался взять Лизу за руку. Лиза не позволила. Они пошли дальше молча и вскоре достигли ее дома.

– Доброй ночи, – сказала Лиза.

– Может, еще прогуляемся, а, Лиза?

– Тише вы – услышат, – прошептала она, сама не зная, зачем шепчет.

– Так прогуляемся?

– Нет. Вам вставать в пять часов, забыли?

– Это я для отмазки сказал, чтоб с ребятами не ходить.

– И чтоб пойти за мной? – уточнила Лиза.

– Ну да!

– Не пойду я с вами гулять.

Доброй ночи.

– Нет, пожелай мне доброй ночи как следует.

– А как следует?

– Том сказал, ты сладкая.

Лиза смотрела на него молча, и Джим вдруг схватил ее, почти поднял над землей и стал целовать. Лиза отворачивалась.

– Губы, Лиза! Дай мне свои губы! – шептал Джим. – Дай мне свои губы!

Он взял ее лицо в ладони (Лиза больше не сопротивлялась) и поцеловал в губы.

В конце концов Лиза высвободилась, распахнула дверь и скрылась в доме.