Лиза из Ламбета. Карусель

Миссис Блейкстон опешила от такой неожиданной атаки, а мужчины закричали:

– Гляньте, а малявка-то не промах! Пожалуй, еще и победит!

Однако миссис Блейкстон быстро собралась, кинулась на Лизу и пустила в ход ногти. Лиза вцепилась ей в волосы, тянула изо всех сил и даже пыталась кусаться. Через минуту обе уже катались по земле, царапались, кусались; пот и кровь не успевали высыхать у них на лицах, они не сводили друг с друга налитых кровью и яростью глаз. Зрители подбадривали их криками, хлопали в ладоши.

– Какого черта здесь происходит?

– Гляньте, гляньте, – зашептала одна из добрых соседок, – муж пришел!

Джим поднялся на цыпочки и стал глядеть поверх голов.

– Боже всемогущий, это ж Лиза!

Он растолкал, буквально раскидал зевак, бросился к дерущимся и стал их растаскивать.

– Видит Бог, ты за это поплатишься! – процедил он в лицо жене.

Несколько мгновений они трое молча смотрели друг на друга.

Между тем к месту действия протискивался еще один человек.

– Лиза, пойдем домой, – сказал он.

– Том!

Том взял Лизу под локоть и повел прочь; толпа расступалась перед ними. Молча они брели по улице, и Том был мрачен. Лиза судорожно всхлипывала.

– Ой, Том, – наконец простонала она, – я ничего не могла поделать! – Еще через какое-то время Лизе удалось вымолвить: – Я его ужас как полюбила!

Когда они добрались до Лизиного дома, она жалобно пролепетала «Зайди», и Том прошел за ней в комнату. Лиза почти упала на табуретку и тут уж дала волю слезам.

Том смочил край полотенца и принялся промокать ей лицо, залитое слезами и кровью. Лиза не противилась, только стонала сквозь рыдания:

– Ты такой добрый со мной, Том! Такой добрый!

– Ничего, Лиза, – утешал Том, – теперь все позади.

В конце концов запас Лизиных слез истощился. Она попила воды, взяла зеркальце со сломанной ручкой, взглянула на себя и прокомментировала:

– Ну и вид.

И запустила пальцы себе в волосы.

– Ты такой добрый со мной, Том, – повторила она и едва сдержалась, чтобы снова не зарыдать.

– Ничего не добрый, – отвечал Том. – Всякий на моем месте так же бы поступил.

– Знаешь, Том, – чуть помолчав, продолжала Лиза, – мне очень стыдно, что я так плохо с тобой говорила тогда, на улице; ты с тех пор ко мне и не подходишь.

– Теперь все в прошлом, забудь, подружка. Проехали.

– Нет, я плохо с тобой обошлась. Я плохая. Очень.

Ни слова не говоря, Том сжал ее руку.