Женщина в белом

Эта сумма переходила в полную собственность мисс Фэрли по достижении ею двадцати одного года, после чего мисс Фэрли могла распоряжаться ею в соответствии с условиями, которые мне удастся выговорить в ее пользу при составлении брачного контракта. Прочие пункты, заключающиеся в этом документе, носили исключительно формальный характер, и о них здесь нет нужды упоминать. Однако пункт, относящийся к этой сумме, настолько важен, что не может быть пропущен мной. Впрочем, достаточно будет нескольких строчек, чтобы дать все необходимые пояснения по этому вопросу.

Условия, которые я намеревался обсудить в связи с этими двадцатью тысячами, были следующими: проценты со всего капитала должны были давать пожизненный доход самой леди, а затем – сэру Персивалю, так же пожизненно, капитал же наследовали дети, появившиеся на свет от этого брака. В случае бездетности мисс Фэрли и сэра Персиваля леди могла распорядиться капиталом по собственному усмотрению, с этой целью я оставлял за ней право составить завещание.

На деле это означало, что, если бы леди Глайд умерла, не оставив детей, ее сводная сестра и те родственники и друзья, кого она пожелала бы облагодетельствовать, после смерти ее мужа получили бы суммы, которые им были завещаны, разделив капитал леди в соответствии с ее волей. Если бы, наоборот, после нее остались дети, в таком случае, самым естественным и непременным образом, весь капитал перешел бы к ним. Таковы были условия, и всякий, кому довелось прочесть их, полагаю, согласится со мной, что они в равной степени учитывали интересы всех сторон.

Посмотрим, как мое предложение было принято будущим мужем и его поверенным.

Когда мне доставили письмо мисс Холкомб, я был занят больше обычного. Однако я сумел выкроить время для составления контракта. Я подготовил и отправил его на одобрение поверенному сэра Персиваля Глайда менее чем через неделю после того, как мисс Холкомб уведомила меня о назначении даты свадьбы.

Через два дня документ был возвращен ко мне с пометками и замечаниями поверенного баронета.

Возражения его главным образом были пустяковыми и чисто технического свойства, пока он не дошел до пункта, относившегося к двадцати тысячам фунтов. Против этого пункта было написано и дважды подчеркнуто красными чернилами следующее:

Неприемлемо. Капитал переходит к сэру Персивалю Глайду в случае, если он переживет леди Глайд, и обсуждению это не подлежит.