Север и Юг

Что касается образования, то любой грамотный человек вполне мог соперничать со мной в количестве полезных знаний.

– Не могу с этим согласиться, но в данном случае во мне, должно быть, говорит педант. Разве воспоминания о героической простоте описанной Гомером жизни вас не вдохновляли?

– Ничуть! – со смехом воскликнул мистер Торнтон. – Дела насущные не позволяли мне много думать о давно почивших героях: вполне реальные конкуренты наступали со всех сторон в борьбе за кусок хлеба.

Только теперь, достойно отблагодарив матушку за самоотверженность и обеспечив ей приличный возрасту душевный покой, я считаю возможным обратиться к древнему преданию, что и делаю с наслаждением.

– Признаюсь, мое замечание основано на профессиональном чувстве. Не забывайте, что всякий кулик свое болото хвалит, – заключил мистер Хейл.

В должный час мистер Торнтон поднялся, пожал руку мистеру Хейлу, затем – миссис Хейл и повернулся к Маргарет, чтобы попрощаться тем же способом, что был принят и признан в Милтоне, однако молодая леди оказалась неготовой к такому обращению и, не подав руки, просто поклонилась.

Уже в следующий момент она осознала свою оплошность, но было поздно: мистер Торнтон быстро вышел из дома, обиженно пробормотав себе под нос:

– В жизни не встречал более высокомерной и заносчивой особы!

Глава 11. Первые впечатления

Говорят, железо есть в крови у нас –

Из земли черпаем силы про запас.

Жаль, что кто-то – ошибусь едва ли –

Создан с головы до ног из стали.

    Неизвестный автор

– Маргарет, – проводив гостя и вернувшись в комнату, сказал мистер Хейл, – я с тревогой наблюдал за тобой, когда мистер Торнтон рассказывал, как работал в магазине мальчиком на побегушках. Сам я ничуть не удивился, так как уже слышал об этом от мистера Белла, но очень испугался, что ты встанешь и выйдешь из комнаты.

– Ах, папа, неужели ты считаешь меня настолько глупой? Напротив, его рассказ о себе привлек меня гораздо больше других рассуждений, совершенно отталкивающих из-за своей жесткости. О себе он говорил так просто, без капли обычной для торговцев вульгарной претензии, и с таким нежным уважением к матушке, что уходить совсем не хотелось.