Городок

И с раскулачиванием, конфискациями и пертурбациями притормозилось.

Так и решили уже колхозники ихней, Валькиной, деревни дать в виде опыта пожить Семёну Овсеенко единоличным способом. Благо мужик неплохой, справный и хозяйство держит небольшое. Чтобы прокормиться да скотину обиходить и в уважении содержать жену свою Анюту. Да дочь обучить и подготовить к самостоятельной жизни.

Валька была боевая, смелая и часто бесшабашная. С мамой, конечно, обсуждала дела интимные и твёрдо понимала: с парнями – ни-ни. До свадьбы.

Окончила семь классов и стала задумываться. Хотелось города посмотреть. Да специальность не деревенскую получить. Не всё же корове любимой хвост крутить?

В общем, решила в Городок податься, благо папаша и мама не возражают, и пойти в медтехникум. Уж ясно, специальность – на все случаи жизни.

Вот такая крепенькая, с веснушками и отчаянными глазами приехала Валька покорять Городок.

Но перед этим в деревне произошло событие – привезли столбы и начали уже ставить. Все ахали. Вон, ругали, мол, совецку власть: всё палочки пишем.

Ан нет. Электрические столбы ставят. Не сегодня-завтра светло станет в избах. Внуки бабкам будут по вечерам читать про подводного капитана Немо. Правда, поймут ли бабки. И почему этот Немо не тонет.

А Семёна Овсеенко подрядили, хоть и единоличник, столбы привезти.

Конечно, Валька была рядом. Даже за столбами на любимом Рыжем один раз съездила, пока папа махорку курил с ребятами, что электричество тянули. Тут-то Валька и увидела. Уже даже не парня, а взрослого молчаливого мужчину.

Он кошками столбы цеплял и махом – на верхотуру. Из сумки достаёт приспособления, лихо их прикручивает да ребятам покрикивает: «Шевелись! Скоро темнеть начнёт».

Но пока темнело в глазах у Вальки. Что говорить? И так понятно. Валька влюбилась сразу и бесповоротно. Правда, не совсем понятно, как и что делать дальше. Ибо этот верхолаз ни на что, кроме курева и фарфоровых катушек, внимания не обращал. Даже не спросил, как зовут папашу, что им столбы возит. А уж Вальку просто – не видит.

Вот ведь как.

Но постепенно темнело. Ребята кричали тому, что привинчивал крючья, мол, шабаш, темнеет.

Вот они собираются, за ними грузовичок со станции приедет. Должен, конечно, к шести, да чё торопиться-то. Погода просто-таки шепчет.

Валька бросилась к маме.

– Мама, мама, шо ж это такое? Горожане-то уезжают.

На лице Вали было написано такое отчаяние, такая беда, что мама даже рассмеяться не смогла.

– Так они ещё завтра приедут.