Ведьма

Женщина не придала значения интонации и с покорностью «жертвенной овечки» ответила:

– Я готова на всё, лишь бы быть с тобой рядом…

Супруг, или тот кто был очень похож на него, взглядом устремился поверх женщины, словно указывая на что-то под потолком.

Оглянувшись через плечо по направлению взгляда, Серафима не обнаружила той хрустальной люстры, что однажды Николай привёз из командировки в Болгарию. На месте её находился железный крюк, на котором зловеще и вызывающе красовалась верёвочная петля…

Серафима Никифоровна сначала сглотнула подступивший к горлу комок, затем взяла себя в руки, улыбнулась и ответила:

– Я поняла, Коленька.

Я всё сделаю.

«Странно, никогда он раньше на называл меня Фимой», – пронеслось в голове пожилой женщины, когда та вскарабкалась на табурет и осмотрела крюк с верёвкой…

Чудовищный грохот и отчаянные стоны разбудили соседей по коммуналке. Первым в коридоре оказался Пётр Сергеевич – сосед справа.

Стоя в одних трусах у двери пенсионерки он цыкнул на появляющихся заспанных соседей, приложил ухо к двери, затем постучал и громогласно спросил:

– Серафима Никифоровна, с Вами всё в порядке?..

В ответ послышались лишь приглушённые стоны и какая-то непонятная возня. Подёргав дверную ручку, Пётр пожал плечами и обратился к жителям коммуналки:

– Изнутри закрыто. Ломать, что ли?..

Соседи молчали в ответ, поэтому принимать решение пришлось ему. Здоровенный мужик, работающий кузнецом на заводе, поигрывая внушительной мускулатурой отошёл на два шага, затем выставил плечо вперёд и со всей дури впечатался в дверь пенсионерки.

Видавшие виды петли не выдержали натиска. Пётр Сергеевич верхом на двери так и ввалился в комнату Серафимы Никифоровны. Та лежала на полу с верёвкой на шее и стонала. Левая нога пожилой женщины была неестественно вывернута. Красное пятно на полу говорило об открытом переломе…

***

Стажёр поднял с пола верёвку и с неподдельным интересом осмотрел железный крюк.

– Виталич, его как-будто специально подпилили, – обратился он к дознавателю, когда тот составлял протокол осмотра.

– И чо?.. – Дмитрий Витальевич смотрел на своего помощника так, как рассматривают досаждающую вошь, – Дело ясное, как три копейки. Сбрендила старуха, да решила счёты с жизнью свести.

– Но ведь крюк явно со следами недавнего пропила, – не унимался Яшка.