После комы

Вернее, съехала она еще раньше, перед разводом. Но, как только я очнулась, мама придумала вернуться в квартиру и сымитировать семью с картинки на майонезе. По ее словам она хотела рассказать, только позже, когда у меня будут силы услышать правду. Но какая вера ее словам теперь? После разоблачения плести можно что угодно уже.

Теперь мама не скрывает и ночует только у себя дома. Приезжает по субботам, когда Давид выходной и может побыть с Эммой. Раньше по субботам мама забирала к себе Филиппа. Сейчас мы делим мамино время на двоих.

– Ты все неправильно делаешь, – брат легонько толкает маму локтем. Она стоит на коленях рядом с маленьким столиком, где они пятнадцать минут назад рассыпали кинетический песок и возились с ним, пока я читала книгу, лежа на кровати.

– Почему? – искренне удивилась мама.

– Ты лепишь какую-то свою башенку, не так, как на картинке, – обиженно пробурчал под нос Филипп.

– Включаю фантазию, сынок! И тебе не помешало бы! Зачем нам повторять образец? – спросила мама, взяв крышку от коробки с песком в руки.

Филипп аккуратно забрал коробку у мамы из рук и поставил на противоположный край стола, прислонив к стене.

– Нет, – без эмоционально произнес брат, продолжая лепить часовню.

Мама вздохнула, стряхнула с коленей крошки песка и встала. Заметив меня, подошла и села на кровать.

– Что читаешь?

– Так, ничего особенного…

Мама не удовлетворилась этим ответом и ухватилась за угол обложки.

– Так-так, «Счастья хватит на всех». Современная?

– Не классика, да.

– Откуда взяла? – настойчиво расспрашивала мама.

– По интернету заказала.

– Почему именно эту книгу?

– А, так это Юлю Волкодав. Я ее ролики смотрела на ютубе еще до комы. Она тогда тоже книжки писала, только никто ее не издавал. А сейчас видишь как, – я помахала перед мамой книгой, – поднялась!

Мама ухмыльнулась. Было видно, что хочет что-то сказать, но сдерживается. В конце концов, она перевела тему:

– А папа твой где? Когда я прихожу, его всегда нет.

– Откуда мне знать, он не отчитывается, – вяло ответила я. Не хотелось вообще участвовать в этом диалоге, но Филипп был слишком увлечен песком, а мама пришла ради нашего совместного общения. На сколько я это понимала. И общалась я тоже так, как могла, иногда лениво отпуская замечания из-за книжки.

Мама встала и устало сказала:

– Пойду что ли рогалики с повидлом сделаю…

Филипп вскинул руки вверх.