До-мажор. Повесть-матрёшка

Перед ней, в сумраке портала, прямо на полу лежал огромный медицинский вопрос, на который у Кати, априори, не было ответа. – Едр-р-ри-и-ический бемоль! Хабанера ты майонезная! – шепча себе под нос страшные музыкальные ругательства, она вытащила из кармана смартфон и ничего не соображая, ни на что не надеясь, тупо забила в поисковике: раненый лётчик.

Перед глазами быстро замелькали сайты, ютубные ролики, картинки, распростёртые камуфляжные тела, распахнутые кровоточащие раны, блестящие хирургические инструменты, белые халаты, латинские фармакологические названия… И как только Катя прочитала: – «Нашлось 2 млн.

результатов» – она вдруг ощутила, как все эти «2 млн. результатов» буквально обрушились на неё тропическим ливнем, заливая пустую голову специальными знаниями.

Катя ловко, но осторожно перевернула на бок лежащего перед нею лётчика и увидела, что его правое плечо, со спины, вымокло от крови. Она не зажмурила в ужасе глаза и не грохнулась в обморок. Наоборот, несколько поколений врачей заинтересованно тянули к пациенту её шею, переговаривались, строя предположения, обсуждая стратегию и тактику лечения.

– Так… это что? Ага… ракетница с патронами. Это у нас граната… кажется «лимонка» называется, дальше что… – она быстро трещала липучками карманов камуфляжного жилета лётчика, оценивающе косясь на, казалось, мёртвое лицо раненого. – Во-о-от она аптечка наша… Та-а-ак, что у нас тут? – Катя вытащила из аптечки ножницы, и через минуту лётчик лежал перед ней по пояс голый.

Её музыкальные хрупкие руки приобрели сноровку военно-полевого хирурга, для которого сквозное огнестрельное ранение плеча – плёвое дело.

Рутина… третий курс, второй семестр. Делов-то: тампонада, давящая повязка, руку на косынку, ноги выше головы. Эх, сейчас бы пакет со льдом, да капельницу с полиглюкеном…

Без шлема, лицо лётчика оказалось вполне себе живым, молодым и без военной отрешённой строгости. Но и без той страдальческой вертикальной морщинки над переносицей, которую накладывают на лицо мужчины стабильные интимно-хозяйственные отношения с женщиной.

– Красивый… – мельком подумала Катя. – Парамонов номер два… да к тому же ещё и пикирующий…

За дверью неожиданно громко, неистово заорали и раздались выстрелы. Катя припала к щели. Дворик был почти пуст, а на джипах, прямо в середине членистоногого оружия, сидело по террористу, вцепившихся в рукоятки. Террористов трясло в такт с выстрелами, а из задранных в небо стволов било белое пламя.