Рассказы. И все-таки интересная это штука – жизнь…

Нападавшие, кстати, личности тоже с тараканами. Не о них тут речь, но раз уж они вклинились, пару слов и о них тоже.

Вадим, так звали парня, отсидел пару лет за хулиганство и из лагеря привез подругу, тоже отбывавшую в тех местах срок. Поселились в деревне. Чем они жили – неизвестно; огород стоял заросший бурьяном, картошкой по осени запасались с колхозного поля.

Остатки последнего поколения деревенских жителей… Было еще двое, кинувшихся было, как подросли, в город, покрутившись там пару-тройку лет, сбежали обратно.

Город, оказалось, предполагал строгую жизнь: серьезная работа и совсем несерьезные условия проживания – общага или комнатушка в коммуналке за ползарплаты. А вернувшись на родной простор, делать уже ничего не хотели.

Что за причина была у этого Вадика, неизвестно, но он застрелился, и самое жуткое – из самодельного пистолета. Подруга его по наследству перекочевала к одному из тех двоих. В огород они также не совали носа, но завели козу. Прожив (все-таки) несколько лет, подруга утопилась в лесном пруду за деревней.

Вернемся-ка лучше к Зуру, эти какие-то мрачно-скучные.

С соседом на веранде

Трогательно-сентиментальная дружба у Зура с соседом его Кириллом, тоже московским художником. Вечером сидят они у Кирилла на веранде. Перед ними поллитровка, рюмочки маленькие (один – интеллигент, другой – не особо пьющий), ужинают. Всегда у них занимательный разговор, хотя чаще всего они как индейские шаманы – каждый поет свою песню. Но это им не мешает, они интересны друг другу.

Как и положено близким людям, периодически они жестоко ссорятся, по несколько дней не разговаривают.

Но вот Зур крадучись подбирается к соседской калитке – ему надо внезапно огорошить соседа своим появлением, иначе вдруг не получится? Встретившись взглядом, виновато топчется с ноги на ногу, говорит: «Кирилл, грибков вот принес, беленькие. Суп сваришь». Сует пакет через калитку и, не дождавшись никакого ответа, быстро уходит. Через пять метров оборачивается:

– Только с лапшой, с лапшой обязательно!

Вечером они опять на веранде.

На могилу Зуру Кирилл поставил дубовый крест, который хранил для себя. Конечно же, Зур не мог не стать творческим объектом для Кирилла. Один из портретов появился в германском журнале. Кирилл показал журнал Зуру – хотел удивить и порадовать. Реакция оказалась точно как у коровы, если бы той сунули под нос немецкий журнал с ее портретом.

Хороша была и первая их встреча.