Газетные вырезки / Press Cuttings

Только и всего? Гражданский стреляет в солдата Его величества, находящегося при исполнении, и премьер-министр Англии спрашивает, только и всего? Святость человеческой жизни для тебя вообще пустой звук?

БАЛСКВИТ (с явным облегчением). Да ладно, солдаты только для того и нужны, чтобы однажды их застрелили. Кроме того, они не голосуют.

МИТЧЕНЕР. Как и суфражистки.

БАЛСКВИТ. Зато отлично голосуют их мужья. (Обращаясь к ординарцу). Кстати, она в самом деле его прикончила?

ОРДИНАРЕЦ. Никак нет, сэр. Пуля попала в штаны, но прошла, не задев тела.

Он немного вышел из себя и огрел ее винтовкой по голове. Она в ответ завопила, что он не джентльмен. На этом месте мы решили, что с нее хватит, и отпустили нарушительницу.

МИТЧЕНЕР (стонет). Огрел по голове! Эти ужасные женщины разлагают армию на наших глазах! Огрел по голове! Как какой-то гражданский.

ОРДИНАРЕЦ. Будут еще какие-нибудь распоряжения, сэр?

МИТЧЕНЕР. Нет. Да. Нет. Да. Я отправляю всех, кто принимал участие в этом позорном инциденте, на гауптвахту.

Нет. Я поговорю с личным составом на эту тему после обеда. Собери-ка всех, чтобы были готовы. И не смей мне тут ухмыляться. Шагом, марш! (ОРДИНАРЕЦ повинуется и выходит).

БАЛСКВИТ (ласково берет Митченера за руку, и ходит взад-вперед вместе с ним, убедительно втолковывая). Но теперь-то, Митченер, ты готов помочь правительству и принять пост, с которого сбежал старина Рэд?

МИТЧЕНЕР. Да разве я могу? Это только Сэндстоуну люди были преданы и душой, и сердцем. Да, вот ему под силу построить всех в шеренги, как говорят у нас в армии.

Вспомни, как он убедил всю британскую нацию в необходимости всеобщей военной обязанности в прошлом году. Даже церковники остались без брони. Ну, кто б еще так смог? Смешно и говорить.

БАЛСКВИТ. Это все было верно год назад, но не сейчас. Но с тех пор, как твоя книга воспоминаний выдержала на два издания больше, чем его мемуары, и ажиотаж вокруг нее прикончил книжный клуба «Таймс», ты стал выше во всех отношениях. Он потерял лицо и сдал позиции, когда обвинил книготорговцев в умышленном вредительстве.

Это была неприкрытая зависть, а публика чувствует такие вещи.

МИТЧЕНЕР. Но я же поглумился над ним в своей книге… А что оставалось, ведь он так едко написал обо мне. Теперь-то все мосты сожжены. (Вырываясь от Балсквита). Бесполезно, это полностью бесполезно, Балсквит: тебе придется считаться с его условиями.

БАЛСКВИТ. А вот и нет. Вот возьми того же викария –

МИТЧЕНЕР (нетерпеливо).